![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
dolboedГотовясь к приговору на Пресне (где прокуратура накануне потребовала арестовать меня в зале суда и поместить в СИЗО), я съездил в книжный магазин «Москва» и основательно затарился бумажной литературой, чего в обычной жизни давно не делаю, ибо нет нынче такой книги, которой не существовало бы в электронном виде. К сожалению, ни в какой московской тюрьме легального оборота электронных книг не существует.
Ареста в зале суда не случилось, и часть купленных тогда книг я впоследствии прочёл в электронном виде, а бумажные версии раздал. Но один фолиант мне в электронке не попался, и стал я его читать на бумаге. Впечатления сильнейшие, делюсь.
Книга называется «Безобразный Ренессанс», по-русски издана в 2016 году издательством «Кучково поле», обошлась мне в 900 рублей. Это монография оксфордского профессора Александра Ли по очень интересной мне (и читателям моих итальянских заметок) теме: каким на самом деле адищем была Тоскана эпохи Возрождения. Из какого сора произросли шедевры Данте и Бокаччо, Джотто и Дуччо, Брунеллески и Донателло, Мазаччи и Вероккьо, Микеланджело и Леонардо, двух Липпи, Понтормо и Бронзино, Боттичелли и Гирландайо. Потому что исторический фон — замечу, флорентийский именно, не венецианский, миланский, урбинский, феррарский или мантуанский — он там ровно настолько же чудовищен, насколько грандиозны свершения поэтов, философов, архитекторов, скульпторов и живописцев Тосканы. И, конечно же, мне много лет хочется понять, почему именно во Флоренции происходил с XIII по XVII век такой адский трэш, и не был ли именно этот ужас причиной того, что там так всё удачно срослось по части Возрождения. Чисто по ассоциации с СССР, где лучшие книги и картины писались под запретами, а кончились запреты — кончился и креатив. Писатели подались в затворники, художники — в эмиграцию, великие балерины вымерли, а культурная сцена стала безвидна и пуста. Связано ли это с тем, что тирания и страх поставляют стимулы для творчества? Или с тем, что всякая диктатура остро нуждается в культурной продукции для прославления собственной власти, поэтому деятели культуры получают при такой власти высокий номенклатурный ранг, тогда как в обществе более свободном и демократическом они могут веками прозябать в скромном статусе низкооплачиваемых ремесленников?
Я не рассчитываю прийти к удовлетворительному ответу в ближайшие месяцы, а возможно — не получу его до конца дней своих. Но много по этой теме думаю, читаю, иногда делюсь мыслями про это здесь. Так что, разумеется, мимо книги историка Александра Ли, которая посвящена именно этой странной дихотомии, она же синергия, между адской жизнью и райским креативом, никак не мог пройти, увидав её в магазине.
Сразу скажу, что сама по себе книга, как нарратив и продукт писательства, довольно слаба. Невооружённым глазом видно, что автор за годы научных трудов привык к статейному, а не книжно-сюжетному повествовательному формату. Если б издатели ориентировались на миллионные тиражи, то наняли бы литературного негра для вычёсывания сюжетных линий, развёртывания неочевидных отсылок, отсечения повторных пересказов одного и того же события в нескольких главах подряд. Но они этого не сделали, так что конечный продукт выглядит как сборник независимых друг от друга статей, наспех загримированных под сквозное повествование с прологом и эпилогом… Ужасен в книге раздел примечаний, где вместо комментариев тёмных мест в тексте — отсылки к специальной литературе на четырёх языках, и наоборот, вместо ссылок на общедоступную классику — пространные цитаты из неё. Короче, всё в этой книге вопиёт о необходимости нового издания, исправленного и дополненного.
Тем не менее, фактура такова, что на все эти несовершенства стоит закрыть глаза ради самого интересного. Автор последовательно воссоздаёт сложную картину взаимоотношений между работой, бытом, жизнью гениев — и экономикой, политикой, религией, социумом тогдашней Флоренции. Это безумно интересная, сложная и познавательная работа, помогающая собрать пазл из множества текстов, читанных в разное время про одно и то же время. Над одним вопросом о личности Савонаролы можно размышлять бесконечно. Потому что, с одной стороны, у него прямо на лице написано было, что он — упырь с картины Босха. А с другой стороны, общество, которое он пытался перевоспитать, в реформах действительно нуждалось. В отличие от Венеции, где экономический строй был всю дорогу заточен под взаимное обогащение аристократии, буржуазии и рабочего люда, где законы Республики были призваны защитить доходы всех участников бизнес-процессов, экономика Флоренции строилась на непрерывном угнетении, дискриминации и ограблении самой многочисленной трудовой прослойки, которой и при Республике, и при тирании веками запрещалось создавать гильдии. Результатом являлась жуткая люмпенизация тосканских ширнармасс — а вокруг себя нищие ткачи, прядильщики, мойщики и чесальщики шерсти видели роскошные палаццо, загородные виллы и домовые храмы олигархических семейств, набитые бессчётными шедеврами. Мысль доминиканского монаха о более справедливом распределении богатств, об отказе от вопиющей, нарочитой роскоши, о доступных беднякам кредитах, не родилась на пустом месте, даже если у него не было ни состоятельной экономической доктрины, ни Сергея Гуриева, которому можно было бы поручить её написание.
Ужасаясь деяниям Савонаролы, стоит помнить, что другие игроки на той же политической сцене вытворяли вещи ничуть не менее чудовищные. Лично меня в истории Савонаролы очень занимает тот факт, что если власть Медичи всегда держалась на страхе жителей перед жестокими правителями, то проповедника из монастыря Св. Марка многие поддерживали вполне искренне, из убеждения. Никто в процветающую мастерскую Боттичелли вламываться с погромом не планировал, зато сам он принёс и сжёг на костре несколько своих работ, отказался на некоторое время от живописи, а в итоге за связь с проповедником до конца дней числился неблагонадёжным. Судя по тому, как быстро и решительно с его теократией покончили те же самые горожане, которые за разом раз проигрывали схватки за власть клану Медичи, серьёзным финансовым и политическим ресурсом Савонарола так и не обзавёлся, и в вожди прорвался скорее словом, чем вооружённым насилием — как Ленин у Пастернака, который управлял теченьем мысли, и только потому страной. А всё равно, сколько ни ломай голову над изгибами его биографии, всё же был он упырь упырём. Как Ленин — тот, что людоедствовал в жизни, а не топырил пиджак в поэме Пастернака.
Впрочем, вернёмся к «Безобразному Ренессансу». Осталось тут сказать, что все мои претензии (и некоторые чужие) к книжке профессора Ли — это вообще смешные мелочи, по сравнению с изъянами русского издания. Потому что русского перевода вообще не касалась рука корректора, редактора или специалиста в предметной области. Текст изобилует на каждой странице опечатками, описками и ляпами перевода, которые не только раздражают и мешают чтению, но подчас наносят ущерб содержанию: например, там, где датой рождения Бенвенуто Челлини указывается 1600 год, а смерти — 1571. Полезно, конечно же, читателю в случае таких непоняток лишний раз погуглить персонажа и узнать о нём сверх сказанного в книге. Но лучше б такое убиралось на стадии корректуры и редактуры. Потому что встречая в русском тексте новое для себя имя персонажа или топоним, трудно понять, действительно ты его впервые слышишь, или это просто опечатка в написании хорошо знакомого тебе имени.
Опять же, нагуглить дополнительные сведения о человеке или городе довольно сложно, если не располагаешь точным написанием имён собственных (не говоря уже о том, чтобы приводить их оригинальные латинские транскрипции). Когда с такой проблемой сталкиваешься в эховских расшифровках эфиров Басовской — понятно, что девочка, которая их набивает, не обладает эрудицией этой ведущей, и в Ферраре она никогда не была, поэтому каждый раз очень трогательно называет этот город «Феррари». Кстати, девочка иногда, встретив незнакомое имя, вроде Аттилы, лезет в Википедию и притаскивает оттуда биографическую справку, что уже прогресс. За расшифровки, благодаря которым все эфиры «Эха» можно читать, а не слушать, Алексею Венедиктову большое человеческое спасибо. А находить сравнимое количество опечаток в книге, за которую отдал 900 рублей — право же, несерьёзно.
Так что настоятельно рекомендую всем интересующимся читать книгу Александра Ли, но не в неряшливом русском переводе, а в английском оригинале. Благо он доступен и в Kindle, и в iBooks, и стоит его цифровая копия дешевле безграмотного русского издания. А подарочный русскоязычный гроссбух с красной нашлёпкой «лучшие продажи месяца» поверх ренессансной росписи на обложке, стоит дарить лишь человеку, про которого ты уверен, что он никогда не станет подаренное читать. Видимо, на таких подарках вся касса издания и делается.
PS. Приятным бонусом книги Александра Ли является то, что при гуглении её оригинального названия второй находкой выпадает совершенно восхитительный блог Ugly Renaissance Babies, никак с книгой не связанный. Несмотря на название, этот блог дарит много часов наслаждения поклонникам живописи той эпохи.
Ареста в зале суда не случилось, и часть купленных тогда книг я впоследствии прочёл в электронном виде, а бумажные версии раздал. Но один фолиант мне в электронке не попался, и стал я его читать на бумаге. Впечатления сильнейшие, делюсь.
Книга называется «Безобразный Ренессанс», по-русски издана в 2016 году издательством «Кучково поле», обошлась мне в 900 рублей. Это монография оксфордского профессора Александра Ли по очень интересной мне (и читателям моих итальянских заметок) теме: каким на самом деле адищем была Тоскана эпохи Возрождения. Из какого сора произросли шедевры Данте и Бокаччо, Джотто и Дуччо, Брунеллески и Донателло, Мазаччи и Вероккьо, Микеланджело и Леонардо, двух Липпи, Понтормо и Бронзино, Боттичелли и Гирландайо. Потому что исторический фон — замечу, флорентийский именно, не венецианский, миланский, урбинский, феррарский или мантуанский — он там ровно настолько же чудовищен, насколько грандиозны свершения поэтов, философов, архитекторов, скульпторов и живописцев Тосканы. И, конечно же, мне много лет хочется понять, почему именно во Флоренции происходил с XIII по XVII век такой адский трэш, и не был ли именно этот ужас причиной того, что там так всё удачно срослось по части Возрождения. Чисто по ассоциации с СССР, где лучшие книги и картины писались под запретами, а кончились запреты — кончился и креатив. Писатели подались в затворники, художники — в эмиграцию, великие балерины вымерли, а культурная сцена стала безвидна и пуста. Связано ли это с тем, что тирания и страх поставляют стимулы для творчества? Или с тем, что всякая диктатура остро нуждается в культурной продукции для прославления собственной власти, поэтому деятели культуры получают при такой власти высокий номенклатурный ранг, тогда как в обществе более свободном и демократическом они могут веками прозябать в скромном статусе низкооплачиваемых ремесленников?
Я не рассчитываю прийти к удовлетворительному ответу в ближайшие месяцы, а возможно — не получу его до конца дней своих. Но много по этой теме думаю, читаю, иногда делюсь мыслями про это здесь. Так что, разумеется, мимо книги историка Александра Ли, которая посвящена именно этой странной дихотомии, она же синергия, между адской жизнью и райским креативом, никак не мог пройти, увидав её в магазине.
Сразу скажу, что сама по себе книга, как нарратив и продукт писательства, довольно слаба. Невооружённым глазом видно, что автор за годы научных трудов привык к статейному, а не книжно-сюжетному повествовательному формату. Если б издатели ориентировались на миллионные тиражи, то наняли бы литературного негра для вычёсывания сюжетных линий, развёртывания неочевидных отсылок, отсечения повторных пересказов одного и того же события в нескольких главах подряд. Но они этого не сделали, так что конечный продукт выглядит как сборник независимых друг от друга статей, наспех загримированных под сквозное повествование с прологом и эпилогом… Ужасен в книге раздел примечаний, где вместо комментариев тёмных мест в тексте — отсылки к специальной литературе на четырёх языках, и наоборот, вместо ссылок на общедоступную классику — пространные цитаты из неё. Короче, всё в этой книге вопиёт о необходимости нового издания, исправленного и дополненного.
Тем не менее, фактура такова, что на все эти несовершенства стоит закрыть глаза ради самого интересного. Автор последовательно воссоздаёт сложную картину взаимоотношений между работой, бытом, жизнью гениев — и экономикой, политикой, религией, социумом тогдашней Флоренции. Это безумно интересная, сложная и познавательная работа, помогающая собрать пазл из множества текстов, читанных в разное время про одно и то же время. Над одним вопросом о личности Савонаролы можно размышлять бесконечно. Потому что, с одной стороны, у него прямо на лице написано было, что он — упырь с картины Босха. А с другой стороны, общество, которое он пытался перевоспитать, в реформах действительно нуждалось. В отличие от Венеции, где экономический строй был всю дорогу заточен под взаимное обогащение аристократии, буржуазии и рабочего люда, где законы Республики были призваны защитить доходы всех участников бизнес-процессов, экономика Флоренции строилась на непрерывном угнетении, дискриминации и ограблении самой многочисленной трудовой прослойки, которой и при Республике, и при тирании веками запрещалось создавать гильдии. Результатом являлась жуткая люмпенизация тосканских ширнармасс — а вокруг себя нищие ткачи, прядильщики, мойщики и чесальщики шерсти видели роскошные палаццо, загородные виллы и домовые храмы олигархических семейств, набитые бессчётными шедеврами. Мысль доминиканского монаха о более справедливом распределении богатств, об отказе от вопиющей, нарочитой роскоши, о доступных беднякам кредитах, не родилась на пустом месте, даже если у него не было ни состоятельной экономической доктрины, ни Сергея Гуриева, которому можно было бы поручить её написание.
Ужасаясь деяниям Савонаролы, стоит помнить, что другие игроки на той же политической сцене вытворяли вещи ничуть не менее чудовищные. Лично меня в истории Савонаролы очень занимает тот факт, что если власть Медичи всегда держалась на страхе жителей перед жестокими правителями, то проповедника из монастыря Св. Марка многие поддерживали вполне искренне, из убеждения. Никто в процветающую мастерскую Боттичелли вламываться с погромом не планировал, зато сам он принёс и сжёг на костре несколько своих работ, отказался на некоторое время от живописи, а в итоге за связь с проповедником до конца дней числился неблагонадёжным. Судя по тому, как быстро и решительно с его теократией покончили те же самые горожане, которые за разом раз проигрывали схватки за власть клану Медичи, серьёзным финансовым и политическим ресурсом Савонарола так и не обзавёлся, и в вожди прорвался скорее словом, чем вооружённым насилием — как Ленин у Пастернака, который управлял теченьем мысли, и только потому страной. А всё равно, сколько ни ломай голову над изгибами его биографии, всё же был он упырь упырём. Как Ленин — тот, что людоедствовал в жизни, а не топырил пиджак в поэме Пастернака.
Впрочем, вернёмся к «Безобразному Ренессансу». Осталось тут сказать, что все мои претензии (и некоторые чужие) к книжке профессора Ли — это вообще смешные мелочи, по сравнению с изъянами русского издания. Потому что русского перевода вообще не касалась рука корректора, редактора или специалиста в предметной области. Текст изобилует на каждой странице опечатками, описками и ляпами перевода, которые не только раздражают и мешают чтению, но подчас наносят ущерб содержанию: например, там, где датой рождения Бенвенуто Челлини указывается 1600 год, а смерти — 1571. Полезно, конечно же, читателю в случае таких непоняток лишний раз погуглить персонажа и узнать о нём сверх сказанного в книге. Но лучше б такое убиралось на стадии корректуры и редактуры. Потому что встречая в русском тексте новое для себя имя персонажа или топоним, трудно понять, действительно ты его впервые слышишь, или это просто опечатка в написании хорошо знакомого тебе имени.
Опять же, нагуглить дополнительные сведения о человеке или городе довольно сложно, если не располагаешь точным написанием имён собственных (не говоря уже о том, чтобы приводить их оригинальные латинские транскрипции). Когда с такой проблемой сталкиваешься в эховских расшифровках эфиров Басовской — понятно, что девочка, которая их набивает, не обладает эрудицией этой ведущей, и в Ферраре она никогда не была, поэтому каждый раз очень трогательно называет этот город «Феррари». Кстати, девочка иногда, встретив незнакомое имя, вроде Аттилы, лезет в Википедию и притаскивает оттуда биографическую справку, что уже прогресс. За расшифровки, благодаря которым все эфиры «Эха» можно читать, а не слушать, Алексею Венедиктову большое человеческое спасибо. А находить сравнимое количество опечаток в книге, за которую отдал 900 рублей — право же, несерьёзно.
Так что настоятельно рекомендую всем интересующимся читать книгу Александра Ли, но не в неряшливом русском переводе, а в английском оригинале. Благо он доступен и в Kindle, и в iBooks, и стоит его цифровая копия дешевле безграмотного русского издания. А подарочный русскоязычный гроссбух с красной нашлёпкой «лучшие продажи месяца» поверх ренессансной росписи на обложке, стоит дарить лишь человеку, про которого ты уверен, что он никогда не станет подаренное читать. Видимо, на таких подарках вся касса издания и делается.
PS. Приятным бонусом книги Александра Ли является то, что при гуглении её оригинального названия второй находкой выпадает совершенно восхитительный блог Ugly Renaissance Babies, никак с книгой не связанный. Несмотря на название, этот блог дарит много часов наслаждения поклонникам живописи той эпохи.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2017-01-28 07:26 am (UTC)Кстати, замечательная книга Шимона Маркиша (проф. Женевского ун-та) "Сумерки в полдень" (Т.А., 1988) о Классической Греции примерно на ту же тему.
no subject
Date: 2017-01-28 07:27 am (UTC)http://southpark.cc.com/full-episodes/s14e02-the-tale-of-scrotie-mcboogerball (http://southpark.cc.com/full-episodes/s14e02-the-tale-of-scrotie-mcboogerball)
no subject
Date: 2017-01-28 07:38 am (UTC)Тайна сия велика есть.
no subject
Date: 2017-01-28 10:30 am (UTC)во Флоренции была очень страшная диспропорция между олигархическими деньгами и доходами населения.
при этом тратили на искусство очень много, совершенно торчали на монументальной пропаганде, именно олигархи. то есть там за один портрет могли отвалить художнику больше, чем Лоренцо Лотто (бравший по лире за рисунки для крышек к интарсиям, и по 9 лир за сами библейские сцены) заработал за всю свою жизнь. ни одного герба мы столько не увидим, сколько в Тоскане развешано медицейских апельсинок. это индустрия сильно круче беллиниевских мадонн и брейгелевских пейзажей, вместе взятых.
при этом, в силу востребованности продуктов банковской и текстильной отрасли, бабла у флорентийцев было объективно больше, чем у всех Гонзага и д'Эсте, вместе взятых, не говоря уже о Монтефельтрах каких-нибудь. То есть это был центр бабла, сравнимый с Римом и Венецией, с очень недорогими услугами ремесленников, с хорошей лапой в Ватикане (один Великолепный двух сыновей в папы сдал), и с огромными залежами мрамора в Апуанских Альпах, куда Микеланджело постоянно катался за материалом.
то есть предпосылки в целом совершенно не мистического свойства.
no subject
Date: 2017-01-28 08:02 am (UTC)no subject
Date: 2017-01-28 08:55 am (UTC)Да, сильно экономит жизнь.
no subject
Date: 2017-01-28 09:03 am (UTC)не говоря уже о том, что множество (если не большинство) электронных книг элементарно нечитаемы в существующем виде таких извратов как PDF и DJVU
no subject
Date: 2017-01-28 10:32 am (UTC)Всё, что Гугл к себе складировал — оно searchable.
Всё, что есть в магазинах — тоже ePub и Mobi в основном.
DJVU — это всё же странная какая-то экзотика.
no subject
Date: 2017-01-28 10:32 am (UTC)no subject
Date: 2017-01-28 11:45 am (UTC)no subject
Date: 2017-01-28 12:00 pm (UTC)no subject
Date: 2017-01-28 03:17 pm (UTC)no subject
Date: 2017-01-28 05:15 pm (UTC)no subject
Date: 2017-01-29 03:14 pm (UTC)no subject
Date: 2017-01-29 03:16 pm (UTC)потому что размер книги не 10" в развороте
no subject
Date: 2017-01-29 03:29 pm (UTC)no subject
Date: 2017-01-29 03:35 pm (UTC)сканируют в PDF же разворотами
таким образом, размер получается уже вдвое меньше нормального
а если учесть, что текст с экрана воспринимается хуже в силу меньшего разрешения, то текст для нормального восприятия нужен ещё больше
и нужна возможность горизонтального отображения
однако при таком отображении у электрокниг хуже качество изображения
по сумме сказанного получаем, что восприятие обычного скана в PDF сильно уступает оригиналу
no subject
Date: 2017-01-29 03:45 pm (UTC)no subject
Date: 2017-01-29 03:51 pm (UTC)а значит, читать их толком невозможно
факт же состоит в том, что "ненормальных" книг, сканированных разворотами, явно больше, чем "нормальных" - оптимизированных для просмотра на экране читалки
no subject
Date: 2017-01-29 04:15 pm (UTC)no subject
Date: 2017-01-29 04:17 pm (UTC)no subject
Date: 2017-01-28 09:52 am (UTC)Креатив кончился не из-за запретов а из-за развала советской системы популяризации и монетизации этого креатива. Плюс естественные общемировые процессы, например:
- усиление визуализации
- подключение большинства интересантов к инету
- умножение "хялявного" контента
А иначе та же современная литература "свободного Запада" середины 20-го начала 21-го века должна предствалять из себя полное убожество.
no subject
Date: 2017-01-28 10:36 am (UTC)Никакой расцвет литературы этим оправдать и объяснить нельзя.
Ну да, издавался Вечный зов Анатолия Иванова тиражом 8 млн экземпляров в роман-газете.
Но вот были эти страшные времена, когда творили Пастернак, Мандельштам, Ильф и Петров, Булгаков, Есенин, Маяковский, Зощенко, Гроссман. Кого-то расстреляли или сгноили в лагерях, кто-то самоубился, кого-то затравили, кто-то на войне погиб — но сколько ж их было, мамочки.
А в застойные годы, когда сидели за книжки единицы, чаще эмигрировали, куда-то всё эти подевалось.
no subject
Date: 2017-01-29 08:13 am (UTC)А те о которых вы написали - просто не захотели (в большинстве случаев) не отрефлексировать на тему революции и последующих перемен. И степень давления тут не особо важна. В любом случае они бы сказали то что захотели сказать. Блоку вот когда стало нечего сказать - он взял да помер. И Маяк тоже.
no subject
Date: 2017-01-28 10:32 am (UTC)Но тут норм дискуссия, так что в другой раз, лол.
no subject
Date: 2017-01-28 10:44 am (UTC)почему Вы решили, что на эхе девочка расшифровывает передачи
может это мальчик
нарышкин какой-нибудь
no subject
Date: 2017-01-28 01:10 pm (UTC)no subject
Date: 2017-01-28 05:22 pm (UTC)no subject
Date: 2017-01-29 04:19 am (UTC)Литература перестала зажигать умы как только слова стали дешевыми.
no subject
Date: 2017-01-29 06:07 pm (UTC)Хорошо бы, если бы блогеры могли тексты наговаривать. Иногда нет времени читать, но есть возможность слушать...