Осипов про евреев и медицину в Москве
Jul. 23rd, 2007 01:39 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
dolboedВ той редакции текста Максима Осипова (![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
maxim_osipov), которая не подошла Российской газете, есть занятный пассаж про московскую медицину:
Отсутствие людей, способных выдерживать линию — в лечении больных, в разговоре, в самообучении, — заметно не только в районном городе, но и в областном, и в Москве. Недавно мы с коллегой были в двух главных областных больницах, одна — победнее — нам скорее понравилась (врачи тяжело работают, читают медицинские книги — к сожалению, только по-русски), другая же не понравилась совсем. Обе больницы, кстати, Juden frei, что лечебным учреждениям совсем не идет (гибель отечественной медицины так и начиналась — с дела врачей; массовая эмиграция, уход активных людей в западные фирмы — это все уже было потом).
Честно говоря, я никогда в таком ракурсе не задумывался о месте евреев в советской и постсоветской медицине.
Вероятно, оттого, что учился в Третьем меде — единственном московском медвузе, куда в брежневское время брали евреев, и нас там было никак не меньше половины от общего числа учащихся. Со мной там учились потомки медицинских династий, у которых родители и более отдалённые предки продолжали трудиться в клиниках Первого и Второго (законченного Осиповым) мединститутов, однако ж устроить в эти институты своих детей они уже не могли: Третий мед был для этой профессии своеобразной чертой оседлости. И меня в этой черте оседлости не посещали мысли о том, что медицина в СССР/России когда-нибудь станет Judenfrei.
По тем сокурсникам, о которых я что-то знаю, постсоветская статистика вышла занимательна.
Ровно половина уехала (в США, Канаду, Израиль, реже — в Европу), и ровно половина осталась в Москве.
Ровно половина продолжает заниматься медициной по сей день, а другая половина ушла в те сферы, которых не существовало в СССР в годы нашего студенчества (бизнес, менеджмент, реклама).
Деления на две группы не совпадают: и среди уехавших, и среди оставшихся распределение на бывших и действующих врачей одинаково.
До сих пор никакого совпадения с мыслью Осипова.
Но дальше вспомнилось: из уехавших [евреев] некоторая часть вернулась в Россию. Но только те, кто бросил медицину.
Из пожелавших остаться в профессии эмигрантов не вернулся никто.
А из пожелавших остаться в профессии и в России большинство, подобно Осипову, взяло формулу совместительства. При которой собственный бизнес, консалтинг или менеджмент приносит пропитание, а дежурства в больнице остаются общественной нагрузкой, формой добровольческой благотворительности.
Можно уповать на то, что это положение со временем исправится.
Можно при этом ссылаться на статистику конкурсов в медицинские вузы (впрочем, противоречивую, и зачастую совершенно липовую: все вузы её зачем-то надувают, причём с советских времён), на снизившуюся смертность, на развитие рынка медицинских услуг как следствие возросших доходов населения (читай: инфляция из-за роста цен на нефть). Да мало ли можно найти поводов для оптимизма.
Однако ж, если Осипову проблема видится в оттоке евреев, начиная с дела врачей, то мне, скорее, она наоборот видится в вымирании Осиповых.
На протяжении многих лет медицина в России, и даже в СССР, была потомственным и клановым занятием.
Хранителями медицинских традиций являлись не медики в первом поколении, вроде меня, а врачебные династии — русские, еврейские, грузинские, армянские, татарские.
Еврейские врачебные династии действительно разрушались отчасти за счёт государственного антисемитизма: если "дело врачей" было единовременным эпизодом, к 1953 году исчерпанным, то брежневская политика недопущения евреев на руководящие должности в медицине тянулась десятилетиями, и с годами лишь усиливалась. В результате дети в еврейских врачебных кланах видели не то, какого успеха и уважения добились отец и дед на медицинском поприще, а то, как отца десятилетиями не повышают в должности, не дают отделения, кафедры, учёной степени, покуда все его студенты и аспиранты титульной национальности получают кафедры, клиники, становятся главными специалистами города, области, республики, страны в своей сфере — и, разумеется, начальством бывшего своего наставника. Надо заметить, что эта история году к 1989 закончилась, сменившись анекдотом про разговор двух кадровиков: Скажите, а вы евреев на работу берёте? - Да. - А где вы их берёте?
Зато были другие причины разрушения врачебных династий, общие для всех национальностей. Тут и чудовищная девальвация врачебной профессии (начавшаяся в СССР и по сей день толком не завершившаяся), и распределение выпускников медвузов куда-то за Можай, что обрубало привычную традицию отцовского наставничества на первой самостоятельной работе...
К тому же, медицина в СССР очень серьёзно отставала, и это отставание поддерживалось советской властью при помощи железного занавеса, существенной частью которого служил языковой барьер. То, что Осипов пишет про отсутствие у врачей в московских больницах знания иностранных языков, я наблюдал ещё у своих преподавателей, которые, по идее, были авангардом клинической науки. Курсе на втором меня потрясла просьба одной преподавательницы перевести ей медицинские тексты, необходимые для диссертации. К концу третьего курса я уже воспринимал такие просьбы как совершенно естественные, а на четвёртом уже и сам предлагал помощь, и подрабатывал переводами медицинских рефератов для какого-то журнала, по три рубля за штуку... Это всё означало одну очень простую вещь: если отпрыск медицинской династии относился к медицинской профессии серьёзно, то это сразу же подталкивало его к мысли, что практиковать придётся где-то не здесь. А там, откуда к нам с двадцатилетним опозданием приходят новые методики, препараты, оборудование и диагностика. Собственно говоря, Осипов и провёл некоторую часть жизни в Америке, как и многие из тех моих сокурсников, решивших остаться в профессии. Понятно, что для сохранения традиций и династий это всё не слишком удачные обстоятельства.
Понимаю, что последний абзац сподвигнет квасных патриотов на кликушество в жанре "скатертью дорожка!", и "эмигранты — предатели отечества, а истинные патриоты остались, и работают, и в Тарусе возродится российская медицина" и т.п. Но это только от дремучего невежества такое можно говорить. Железный занавес, обрубивший советской медицине связь с мировой, появился только при Совке. До этого все светила русской медицинской науки — и Пирогов, и Боткин, и прототип профессора Преображенского — учились за границей, практиковали там, их исследования были частью мирового научного процесса, а уж не знать языков, на которых пишут зарубежные коллеги, это вообще была немыслимая вещь в той русской медицине, историей которой мы можем гордиться.
maxim_osipov), которая не подошла Российской газете, есть занятный пассаж про московскую медицину:Отсутствие людей, способных выдерживать линию — в лечении больных, в разговоре, в самообучении, — заметно не только в районном городе, но и в областном, и в Москве. Недавно мы с коллегой были в двух главных областных больницах, одна — победнее — нам скорее понравилась (врачи тяжело работают, читают медицинские книги — к сожалению, только по-русски), другая же не понравилась совсем. Обе больницы, кстати, Juden frei, что лечебным учреждениям совсем не идет (гибель отечественной медицины так и начиналась — с дела врачей; массовая эмиграция, уход активных людей в западные фирмы — это все уже было потом).
Честно говоря, я никогда в таком ракурсе не задумывался о месте евреев в советской и постсоветской медицине.
Вероятно, оттого, что учился в Третьем меде — единственном московском медвузе, куда в брежневское время брали евреев, и нас там было никак не меньше половины от общего числа учащихся. Со мной там учились потомки медицинских династий, у которых родители и более отдалённые предки продолжали трудиться в клиниках Первого и Второго (законченного Осиповым) мединститутов, однако ж устроить в эти институты своих детей они уже не могли: Третий мед был для этой профессии своеобразной чертой оседлости. И меня в этой черте оседлости не посещали мысли о том, что медицина в СССР/России когда-нибудь станет Judenfrei.
По тем сокурсникам, о которых я что-то знаю, постсоветская статистика вышла занимательна.
Ровно половина уехала (в США, Канаду, Израиль, реже — в Европу), и ровно половина осталась в Москве.
Ровно половина продолжает заниматься медициной по сей день, а другая половина ушла в те сферы, которых не существовало в СССР в годы нашего студенчества (бизнес, менеджмент, реклама).
Деления на две группы не совпадают: и среди уехавших, и среди оставшихся распределение на бывших и действующих врачей одинаково.
До сих пор никакого совпадения с мыслью Осипова.
Но дальше вспомнилось: из уехавших [евреев] некоторая часть вернулась в Россию. Но только те, кто бросил медицину.
Из пожелавших остаться в профессии эмигрантов не вернулся никто.
А из пожелавших остаться в профессии и в России большинство, подобно Осипову, взяло формулу совместительства. При которой собственный бизнес, консалтинг или менеджмент приносит пропитание, а дежурства в больнице остаются общественной нагрузкой, формой добровольческой благотворительности.
Можно уповать на то, что это положение со временем исправится.
Можно при этом ссылаться на статистику конкурсов в медицинские вузы (впрочем, противоречивую, и зачастую совершенно липовую: все вузы её зачем-то надувают, причём с советских времён), на снизившуюся смертность, на развитие рынка медицинских услуг как следствие возросших доходов населения (читай: инфляция из-за роста цен на нефть). Да мало ли можно найти поводов для оптимизма.
Однако ж, если Осипову проблема видится в оттоке евреев, начиная с дела врачей, то мне, скорее, она наоборот видится в вымирании Осиповых.
На протяжении многих лет медицина в России, и даже в СССР, была потомственным и клановым занятием.
Хранителями медицинских традиций являлись не медики в первом поколении, вроде меня, а врачебные династии — русские, еврейские, грузинские, армянские, татарские.
Еврейские врачебные династии действительно разрушались отчасти за счёт государственного антисемитизма: если "дело врачей" было единовременным эпизодом, к 1953 году исчерпанным, то брежневская политика недопущения евреев на руководящие должности в медицине тянулась десятилетиями, и с годами лишь усиливалась. В результате дети в еврейских врачебных кланах видели не то, какого успеха и уважения добились отец и дед на медицинском поприще, а то, как отца десятилетиями не повышают в должности, не дают отделения, кафедры, учёной степени, покуда все его студенты и аспиранты титульной национальности получают кафедры, клиники, становятся главными специалистами города, области, республики, страны в своей сфере — и, разумеется, начальством бывшего своего наставника. Надо заметить, что эта история году к 1989 закончилась, сменившись анекдотом про разговор двух кадровиков: Скажите, а вы евреев на работу берёте? - Да. - А где вы их берёте?
Зато были другие причины разрушения врачебных династий, общие для всех национальностей. Тут и чудовищная девальвация врачебной профессии (начавшаяся в СССР и по сей день толком не завершившаяся), и распределение выпускников медвузов куда-то за Можай, что обрубало привычную традицию отцовского наставничества на первой самостоятельной работе...
К тому же, медицина в СССР очень серьёзно отставала, и это отставание поддерживалось советской властью при помощи железного занавеса, существенной частью которого служил языковой барьер. То, что Осипов пишет про отсутствие у врачей в московских больницах знания иностранных языков, я наблюдал ещё у своих преподавателей, которые, по идее, были авангардом клинической науки. Курсе на втором меня потрясла просьба одной преподавательницы перевести ей медицинские тексты, необходимые для диссертации. К концу третьего курса я уже воспринимал такие просьбы как совершенно естественные, а на четвёртом уже и сам предлагал помощь, и подрабатывал переводами медицинских рефератов для какого-то журнала, по три рубля за штуку... Это всё означало одну очень простую вещь: если отпрыск медицинской династии относился к медицинской профессии серьёзно, то это сразу же подталкивало его к мысли, что практиковать придётся где-то не здесь. А там, откуда к нам с двадцатилетним опозданием приходят новые методики, препараты, оборудование и диагностика. Собственно говоря, Осипов и провёл некоторую часть жизни в Америке, как и многие из тех моих сокурсников, решивших остаться в профессии. Понятно, что для сохранения традиций и династий это всё не слишком удачные обстоятельства.
Понимаю, что последний абзац сподвигнет квасных патриотов на кликушество в жанре "скатертью дорожка!", и "эмигранты — предатели отечества, а истинные патриоты остались, и работают, и в Тарусе возродится российская медицина" и т.п. Но это только от дремучего невежества такое можно говорить. Железный занавес, обрубивший советской медицине связь с мировой, появился только при Совке. До этого все светила русской медицинской науки — и Пирогов, и Боткин, и прототип профессора Преображенского — учились за границей, практиковали там, их исследования были частью мирового научного процесса, а уж не знать языков, на которых пишут зарубежные коллеги, это вообще была немыслимая вещь в той русской медицине, историей которой мы можем гордиться.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2007-07-23 10:09 am (UTC)no subject
Date: 2007-07-23 10:17 am (UTC)no subject
Date: 2007-07-23 10:18 am (UTC)не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы предсказать этот результат, ы?
no subject
Date: 2007-07-23 10:18 am (UTC)no subject
Date: 2007-07-23 10:19 am (UTC)da da. ja mame tozhe bez konza statii iz zhurnalov medizinskih do sih por v evrope pokupaju/ kopiruju i perevozhu.
chtoby ona nakonezto metodiki, kotorye na zapade uzhe svyshe 10 let primenjajut u nas vnedrila.
i vopros esh evnedrit li, tk takih kak ona vsegoi troe, a takih, chotby nichego ne menjat i rabotat na ustarevshih preparatah i metodikah - vse ostalnye, vkljuchaja samogo glavnogo v moskve...
no subject
Date: 2007-07-23 10:20 am (UTC)no subject
Date: 2007-07-23 10:25 am (UTC)no subject
Date: 2007-07-23 10:26 am (UTC)Надо подчеркнуть, эта тарусская больница, к-рая сейчас поднимается из разрухи, спонсируется (или по крайней мере спонсировалась на первых этапах, т.е. несколько лет назад) в частности какими-то американцами (не знаю, частными лицами или организациями) -- безвозмездная благотворительность в странах третьего мира.
(Это чтобы "квасным патриотам" проще было ор начать.)
no subject
Date: 2007-07-23 10:26 am (UTC)no subject
Date: 2007-07-23 10:29 am (UTC)С другой стороны, видна и другая тенденция: люди предпочитают не лечится, а болеть и даже умирать. Только бы не следить за своим здоровьем. В почете слоганы типа "умереть молодым", "жить так, чтобы вместить в короткую жизнь - вечность" и так далее. На этом фоне трудно думать о профилактической информационной медицине, например. Думаю, что тут все дело в высоком протестном настрое населения, борющегося против любого регулирования частной жизни, в том числе и в крайне иррациональных формах и направления этой борьбы. Так что от имени блогократов призываю СУП, в рамках корпоративной социальной ответственности, поддержать несколько проектов, направленных на улучшение здоровья населения. Например, выдать улучшенный аккаунты самым успешным блоггерам на эту тему или что там у вас еще бывает. Тут уже нужна совместная воля всех и каждого, иначе медицину не реанимировать. То есть, она будет развиваться, но естественным путем, обслуживая только богатых. Может, оно и правильно. А может, и нет.
no subject
Date: 2007-07-23 10:29 am (UTC)В Москве было три института, брали в один.
В этом одном не было общежития для иногородних: он был забит детьми московских врачей.
Наверняка в Питере тоже было что-то подобное.
no subject
Date: 2007-07-23 10:30 am (UTC)По описанным мной причинам.
Хотя Осипов, натолкнувший меня на эти размышления, как раз вернулся.
Впрочем, он не был эмигрантом.
no subject
Date: 2007-07-23 10:35 am (UTC)"Первое и самое ужасное: у больных, да и у многих врачей сильнее всего выражены два чувства — страх смерти и нелюбовь к жизни."
Впрочем, там так много точных наблюдений, что все не зацитируешь.
no subject
Date: 2007-07-23 10:37 am (UTC)Про евреев я не увидел там никакого национализма (моя любимая фраза про это "Доктор Гольдберг вырезал у людей аппендицит и брал за это большие деньги - такая уж у евреев профессия" принадлежит Карлу Чапеку, который явно не еврейский националист).
Просто власть советская разрушала медицину, не глядя на национальности.
Кстати сказать, мой первый тесть, выдающийся московский акушер Исаак Рафаилович Зак, уехавший в Америку в конце 1980-х вслед за дочерью, английского не знал, как и его не менее знаменитый в тех же кругах отец Рафаил Лазаревич Зак. Систему медобразования для представителей всех национальностей начали раздалбывать до дела врачей, и безо всякой связи. К тому ж ещё вылез английский язык на первые позиции в науке, а до войны в основном учили немецкий и в школах, и в вузах. Это изрядно выбило старшее поколение из процесса.
no subject
Date: 2007-07-23 10:38 am (UTC)no subject
Date: 2007-07-23 10:40 am (UTC)Свободно владею в обе стороны только английским, французским, ивритом и чешским.
Учил немецкий, новогреческий, латынь - но был уже сильно старше, и плохо в меня входило.
Могу разбирать тексты на куче славянских, романских и германских языков.
Абсолютно бесполезные знания, но развивающие.
no subject
Date: 2007-07-23 10:42 am (UTC)no subject
Date: 2007-07-23 10:44 am (UTC)А в 1966 году Исаак Рафаилович принимал роды у моей мамы там же.
В 1980-х младший Зак заведовал отделением в МОНИИАГ на Покровке, был главным акушером в МО.
Его аспиранты тем часом возглавляли МОНИИАГ и ВНИИАГ.
Про 23-ю ничего не знаю, но запросто могу спросить у бывшей жены, она должна быть в курсе.
no subject
Date: 2007-07-23 10:44 am (UTC)no subject
Date: 2007-07-23 10:46 am (UTC)Там тогда было два гражданских (сангиг и педиатрический) и ВМА им. Кирова.
Сейчас еще завели медфакультет в Универе.
no subject
Date: 2007-07-23 10:47 am (UTC)no subject
Date: 2007-07-23 10:52 am (UTC)Оно пока еще лакунарное, очень и очень "атомарное" и касается лишь самых востребованных врачебных манипуляций, вроде стоматологии
Это всегда так было, потому что стоматология - не наука. Там нужны только руки и техника.
А всё, что в ней применяется из оборудования и материалов - в значительной степени импортное, и очень трудно импортировать бормашину 30-летней давности (как в школе моей, где в 1974 году стояла трофейная немецкая виселица, приводимая в движение ногой, 150 об/мин).
no subject
Date: 2007-07-23 10:54 am (UTC)А учил - либо с учителем (за английский спасибо отцу, с трёх лет, и спецшколе с семи), либо живя в среде носителей (в Чехии в 1970 году по-русски было особо не поговорить).
no subject
Date: 2007-07-23 10:55 am (UTC)no subject
Date: 2007-07-23 11:02 am (UTC)Уровень врачей - понятие очень растяжимое.
Скажем, хирург - это руки. Совершенно неважно, сколько он книг прочёл, важно, как он пальцами работает.
А вот хирургия в целом - это другая история.
Вот, взять радикальную мастэктомию по Холстеду, когда в связи с раком молочной железы у женщины потрошат половину тела, выкорчёвывая лимфоузлы на поражённой стороне аж до локтя, профилактически.
Лет 40 назад мир стал отказываться, на волне успехов химии и радиологии.
В Милане с 1963 года делают по этому раку (одному из самых частых у женщин) локализованную точечную резекцию в зоне опухоли, остальное долбят химией.
А у нас врачей, пытавшихся внедрить эту практику в конце 1980-х в специализированной маммологической клинике Остроумовской больницы, прокуратура тягала по доносу соседнего (онкологического) корпуса. За "эксперименты на людях", видите ли.