dolboed | Не мешки ворочать

Снова зажигает

Стиллавин, борясь за право гомофобов создавать штурмовые отряды:
проблема состоит в том, что отклонение нам стараются преподнести как нечто нормальное. Общественная мораль оказалась в сложном положении: у нас сложилась патовая ситуация, когда меньшинства (в широком смысле) провозглашают всеобщую терпимость, а если ты "нетерпим", то сразу же попадаешь в разряд экстремистов. Обществу необходимо чёткое понимание того, что американская модель "Нормы Не Существует", принятая в 70-х годах, не отвечает нашим требованиям. Невозможно терпеть всё, что кому-то взбредёт в голову! Мы и так уже много лет говорим о вселившемся в нас равнодушии, когда умирает на улице человек - и никто не подойдёт, а насаждаемая концепция "терпимости" приведёт к тотальному наплевательству на всё, что творится не у тебя дома (хотя в идеале правозащитникам хотелось бы, конечно, чтобы отцу-гею было насрать на дочь-лесбиянку). Если вернуться к теме: растущие граждане должны, как у Маяковского, знать, что такое хорошо и что такое плохо, и для этого общество обязано расставить маяки-ориентиры.

Кто б мне объяснил, каким образом формирование очередной политизированной хулиганской шайки поможет человеку, умирающему на улице. А также — когда и как принцип "Нормы не существует" помешал американцам тратить на благотворительность 2,2% от ВВП против наших 0,7%?

Отдельно подкупает чистосердечное признание: Мы и так уже много лет говорим о вселившемся в нас равнодушии, когда умирает на улице человек... Может, в том и беда, что много лет вы только говорите и говорите. Когда умирает на улице человек, вам в голову не придёт прервать свой многолетний трындёж, отвлечься от бесконечного громождения словес, чтобы помочь, чтобы что-то реально сделать, чтобы изменить этот мир ну хоть на капельку к лучшему... У вас потребности такой нет. Вы серьёзным делом заняты: боретесь с НАТО, с Веркой Сердючкой, против меньшинства (в широком смысле). Говорильня давно и успешно заменила все формы Поступка. И те краснобаи, которые зазывают молодёжь в ряды Вооруженных Сил, заменить на нарах выбывшего по инвалидности рядового Сычёва, и их антиподы-близнецы, зовущие "настоящих буйных" на баррикады — сплошь белобилетники, обладатели всех форм отсрочки, которые и армию, и баррикаду видели только в кино. "Пылкие кабинетные юноши", как умилённо написал сам про себя Ольшанский, объясняя свою неготовность лично защитить благополучие России в силе ее святых штыков.

Одно, впрочем, радует. Те самые гомофобы-георгиевцы, вдохновившие радийного оратора на очередную проповедь нетерпимости, они ведь ягодки с того же поля импотентной, пустой говорильни. Наверняка такие же потёмкинцы, как и все прочие "патриоты по основной специальности". Наверняка их боевые дружины — такое же фуфло пиарошное, как дюжины других молодёжных потешных полков, расплодившихся в Белокаменной навстречу предвыборным бюджетам. И можно было б даже предположить, что от пустобрёхов-агитаторов и уличных шутов так же мало вреда, как и пользы. Если б не было Артура Рыно, взрыва на Черкизовском рынке, резни в синагоге на Бронной. К сожалению, какой бы пустой ни представлялась ксенофобская брехня разумному слушателю, рано или поздно найдётся сумасшедший, который воспримет её как руководство к действию.