![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
dolboedГособвинение положительно гибели моей хочет.
Такое ощущение, что красивые женщины в моём уголовном процессе не закончатся никогда.
Про мою любовь к старшему следователю отдела по расследованию особо важных дел ГСУ СК РФ по ЦАО я тут уже много писал, не стану повторяться.
В день рождения меня обвиняла неописуемой красоты майор юстиции Юлия Владимировна Зотова, а сегодня в кресле гособвинителя её сменила распрекраснейшая обладательница звания «Лучший молодой государственный обвинитель города Москвы» за 2012 год, капитан юстиции Екатерина Сергеевна Фролова, высокая, худая и стройная, с такими глазами, что хочется в них утонуть и не выныривать. На следующем заседании, дата которого назначена на 15 августа, она снова будет меня обвинять.
Свидетель обвинения Дарья Пещикова с «Эха Москвы» была совершенно божественна. Прокурор зачем-то пыталась уличить её в том, что она не дословно помнит свои показания, данные в СКР 10 месяцев назад, но смутить ведущую прямых эфиров «Эха» оказалось непросто. Она даже успела похвалить судью Найдёнова, который при оглашении тех самых показаний не смог произнести вслух слово угандошить.
— По-моему, Вы правильно сделали, Ваша честь, что не стали зачитывать это слово, — с неподражаемой улыбкой сказала Дарья Александровна, чей паспорт с пропиской стал украшением первого тома моего уголовного дела. Поразительнейшая практика, мне кажется: выдавать обвиняемым по уголовным делам на руки копии паспортов всех свидетелей обвинения. И этим занимаются люди, которым положено расследовать дела по защите наших персональных данных!
PS. Небольшое уточнение по интерфаксовской новости, разлетевшейся в перепечатках. Там просто корреспондент ослышался, благо микрофонов в зале нет, а говорили мы быстро.
После оглашения обвинения судья спросил меня, что я имею ответить.
Я начал фразу: «Это мне удивительно, что красивая девушка, которая видит меня впервые в жизни, так много знает о моём тайном преступном умысле», но судья перебил на третьем слове:
— Вину признаёте или нет?
— Не признаю, ваша честь.
А во всех новостях вышло «Это неудивительно».
Впрочем, как вы догадываетесь, никакого значения для решения по делу ход судебного следствия иметь не будет, так что совершенно неважно, что я там сказал, или хотел сказать.
Такое ощущение, что красивые женщины в моём уголовном процессе не закончатся никогда.
Про мою любовь к старшему следователю отдела по расследованию особо важных дел ГСУ СК РФ по ЦАО я тут уже много писал, не стану повторяться.
В день рождения меня обвиняла неописуемой красоты майор юстиции Юлия Владимировна Зотова, а сегодня в кресле гособвинителя её сменила распрекраснейшая обладательница звания «Лучший молодой государственный обвинитель города Москвы» за 2012 год, капитан юстиции Екатерина Сергеевна Фролова, высокая, худая и стройная, с такими глазами, что хочется в них утонуть и не выныривать. На следующем заседании, дата которого назначена на 15 августа, она снова будет меня обвинять.
Свидетель обвинения Дарья Пещикова с «Эха Москвы» была совершенно божественна. Прокурор зачем-то пыталась уличить её в том, что она не дословно помнит свои показания, данные в СКР 10 месяцев назад, но смутить ведущую прямых эфиров «Эха» оказалось непросто. Она даже успела похвалить судью Найдёнова, который при оглашении тех самых показаний не смог произнести вслух слово угандошить.
— По-моему, Вы правильно сделали, Ваша честь, что не стали зачитывать это слово, — с неподражаемой улыбкой сказала Дарья Александровна, чей паспорт с пропиской стал украшением первого тома моего уголовного дела. Поразительнейшая практика, мне кажется: выдавать обвиняемым по уголовным делам на руки копии паспортов всех свидетелей обвинения. И этим занимаются люди, которым положено расследовать дела по защите наших персональных данных!
PS. Небольшое уточнение по интерфаксовской новости, разлетевшейся в перепечатках. Там просто корреспондент ослышался, благо микрофонов в зале нет, а говорили мы быстро.
После оглашения обвинения судья спросил меня, что я имею ответить.
Я начал фразу: «Это мне удивительно, что красивая девушка, которая видит меня впервые в жизни, так много знает о моём тайном преступном умысле», но судья перебил на третьем слове:
— Вину признаёте или нет?
— Не признаю, ваша честь.
А во всех новостях вышло «Это неудивительно».
Впрочем, как вы догадываетесь, никакого значения для решения по делу ход судебного следствия иметь не будет, так что совершенно неважно, что я там сказал, или хотел сказать.
