dolboed | Кто кого затаскивал в антигитлеровскую коалицию

Переписывание истории Второй мировой войны — любимейшая забава отечественных пропагандонов. Отдельно меня веселит, что они занимаются этим в Интернете, где исторические документы находятся на расстоянии одного клика от любого читателя... Вот, например, карикатура Клиффорда К. Берримэна, опубликованная в газете Washington Star 9 октября 1939 года, на второй месяц войны в Европе:
Карикатура от 9 октября 1939 года

Как сообщает на сайте «Эха» Максим Леонардович Шевченко, вступить в антигитлеровскую коалицию Великобританию и лично сэра Уинстона Черчилля вынудил нарком Вячеслав Молотов, и случилось это в мае-июне 1942 года.

Молотов действительно летал в то время в Лондон и Вашингтон на тяжёлом бомбардировщике ТБ-7, о чём можно прочитать в его воспоминаниях. Цель его состояла в том, чтобы склонить союзников к подписанию обязательств, про которые сам Молотов, по его словам «понимал, что это совершенно для них невозможная вещь». В ходе этой поездки он действительно подписал совместное коммюнике с президентом США и британским премьером. Причём никаких дипломатических талантов, как сам он нам рассказывает, для этого не потребовалось, потому что, даже если они не собирались в 1942 году открывать второй фронт в Европе, в подписании союзнических договоров с СССР лидеры США и Великобритании были заинтересованы:

Сталин давал еще указания, чтобы мы требовали от них оттянуть 30–40 дивизий на себя. И когда я к Рузвельту приехал и сказал, в душе подивился тому, что он ответил: «Законное, правильное требование»... Он без всяких поправок согласился с моим коммюнике.

Зачем нужны были Сталину и Молотову подписи Рузвельта и Черчилля под невыполнимыми обещаниями — тема отдельная, и в мемуарах Молотова она исчерпывающе раскрыта, без тени стеснения («Черчилль чувствовал, что если мы разгромим немцев, то и от Англии понемногу полетят перья», — похваляется нарком; планы Сталина по послевоенному разделу Европы не ограничивались Ла Маншем). Но подвиги Молотова на дипломатическом поприще — тема для отдельного поста. Сегодня попробуем разобраться с хронологией борьбы британцев с нацистами, и с тем, кто на самом деле настаивал на создании широкой антигитлеровской коалиции с первого дня Второй мировой.

Войну Гитлеру Великобритания объявила не в 1942-м, а ещё в 1939-м, в те самые дни, когда советские и гитлеровские войска готовились к совместному параду и передаче немецких антифашистов гестаповцам в Брест-Литовске. С этого же времени Черчилль твердил о необходимости военного союза с СССР — хотя Сталин, как мы помним, предпочитал в то время других союзников. Вот речь, которую Черчилль произнёс в Палате общин в день объявления войны Гитлеру:

Мы не просто хотим отвоевать у Германии Данциг или освободить Польшу. Наша задача – спасти весь мир от эпидемии нацизма и защитить общечеловеческие ценности. Мы вступаем в войну не ради мирового господства, имперских амбиций или материальной выгоды. Мы не собираемся лишать жителей враждебных нам стран надежды на счастье и благополучие. В ходе нынешней войны мы будем бороться за незыблемость прав личности, за возрождение и утверждение человеческого достоинства.

А вот как вспоминает о своей встрече с британским лидером в октябре 1939 года тогдашний советский посол в Лондоне Майский:

Разговор перешел на более серьезные темы. Черчилль выразил сожаление, что сейчас наши страны не вместе в борьбе против гитлеровской Германии. Я ответил, что, как ему хорошо известно, это не наша вина, что ответственность за это лежит на премьере того самого правительства, в котором он сейчас участвует.
— Знаю, знаю, — скороговоркой бросил Черчилль, — но не стоит вспоминать старое... Все это уже пройденный этап...
Потом Черчилль продолжал:
— Сейчас надо думать не о прошлом, а о будущем.

И дальше он стал излагать мне свои взгляды. Расхождение между Англией и СССР — печальное недоразумение. По существу интересы Англии и СССР в настоящее время совпадают. СССР не может желать усиления гитлеровской Германии, захвата ею Прибалтики, выхода на Балканы и Черное море. Это противоречило бы безопасности Советской страны и всей прошлой истории борьбы между славянами и тевтонами. Но Англия и Франция также не могут потерпеть, чтобы Гитлер захватил Румынию, Югославию, Болгарию и особенно Турцию, Таким образом, имеется общность очень важных интересов между Советским Союзом, Англией и Фракцией. Да, сейчас из-за ошибок, сделанных Чемберленом минувшим летом, Россия и англо-французский блок разошлись, но он, Черчилль, уверен, что в дальнейшем ходе войны они еще встретятся и поведут общую борьбу с нацистской Германией. Именно поэтому Черчилль всячески противодействует разжиганию антисоветских страстей в английских политических кругах и рекомендует министрам короны сохранять трезвую голову и следовать велениям здравого смысла. В частности, он, Черчилль, недавно доказывал некоторым своим коллегам по кабинету, что Англия не должна возражать против создания советских военно-морских баз на Балтике. Такие базы направлены против Германии и могут быть только полезны с точки зрения британских интересов. Мое положение во время этого разговора было очень деликатным. Я был сторонником германо-советского пакта, ибо в сложившейся обстановке не видел иного выхода для СССР, но я считал этот пакт горькой необходимостью, навязанной нам глупо-преступной политикой Чемберлена и Даладье. Я не верил также в прочность и длительность соглашения с Германией. Я считал, что мы все время должны быть начеку и не исключать возможности в дальнейшем разрыва с Германией и заключения союза с Англией и Францией. Конечно, я не мог развивать перед Черчиллем все эти соображения и потому, выслушав горячий монолог морского министра, осторожно ответил:
— Не берусь судить, что случится в более или менее отдалением будущем. Время покажет. Сейчас, однако, я вполне удовлетворен тем, что СССР занял позицию нейтральной державы и, стало быть, может остаться в стороне от всех ужасов войны.
Черчилль усмехнулся и не без сарказма в голосе заметил:
— Да-да, время покажет.

Вот, наконец, отрывок из речи Черчилля от 18 июня 1940 года, в которой он предсказал нападение Гитлера (начавшееся три недели спустя):

Я думаю, что скоро начнется “битва за Британию”. От исхода этой битвы будет зависеть, уцелеет ли христианская цивилизация. От исхода этой битвы будет зависеть, выживут ли британцы, удастся ли нам сохранить наши общественные институты и нашу империю. Очень скоро враг обрушится на нас со всей яростью и мощью. Гитлер знает, что выиграть войну он может лишь одним способом — сломив наше сопротивление и захватив этот остров. Если мы сдержим его напор, Европа сможет обрести свободу, а у человечества появится надежда на светлое будущее. Но если мы проиграем, тогда весь мир, включая Соединенные Штаты, и вообще все, что было нам мило и дорого, погрузится во тьму нового средневековья, только на этот раз оно будет куда более мрачным благодаря извращенной нацистской науке и, возможно, гораздо более продолжительным. Так давайте же засучим рукава и примемся за работу для того, чтобы, даже если Британская империя и Содружество просуществуют еще тысячу лет, люди все равно продолжали помнить нас и говорить об этом времени: “То был их звездный час!”

22 июня 1941 года, когда пакт Молотова-Риббентропа прекратил действовать, Черчилль выступил по радио с большой речью, в которой совершенно чётко и недвусмысленно заявил о поддержке СССР в этой войне — поддержке, о которой никакой Молотов его ещё не просил. Это выступление стоит цитировать развёрнуто, потому что оно очень сильно отличается от пересказов в советской пропаганде:

Мы окажем России и русскому народу любую посильную помощь в борьбе с Германией. Мы обращаемся к нашим друзьям и союзникам по всему миру с просьбой поступить точно так же, как и мы, и последовательно придерживаться этой политики.

Мы предложили правительству Советской России техническую и экономическую помощь, которая наверняка вскоре может ему понадобиться. Мы будем бомбить Германию днем и ночью, непрерывно наращивая масштабы налетов, с каждым месяцем увеличивая количество сбрасываемых бомб и заставляя немцев на собственной шкуре испытывать те несчастья, которые обрушились на человечество по их вине. Не далее как вчера королевские ВВС с минимальными для себя потерями сбили 28 боевых машин гуннов в воздухе над французской землей, которую те оккупировали, осквернили и поклялись удержать. Но это только начало. Отныне наши ВВС будут все чаще получать значительные подкрепления. В ближайшие месяцы начнет приносить плоды та мощная поддержка в виде поставок военного снаряжения и техники, особенно тяжелых бомбардировщиков, которую нам оказывают Соединенные Штаты.

Это не классовая война, а война, в которую оказались вовлечены все граждане Британской империи и Содружества наций, независимо от их расы, вероисповедания и партийной принадлежности. Я не хочу сейчас говорить за Соединенные Штаты, но от лица своей страны я могу заявить следующее: если Гитлер воображает, будто его нападение на Советскую Россию вызовет хотя бы малейшие разногласия по поводу основных целей между великими демократиями, которые уже вынесли ему обвинительный приговор, и заставит их ослабить напор борьбы, то он заблуждается. Напротив, очередное преступление нацизма лишь укрепит нашу уверенность в своей правоте и послужит стимулом для активизации усилий, направленных на избавление человечества от гитлеровской тирании. Наша решимость и наш потенциал не только не ослабнут, но и, наоборот, возрастут.
[...]
Гитлер хочет расправиться с Россией, потому что, одержав верх на Восточном фронте, он сможет вновь перебросить свои основные сухопутные и воздушные силы на запад и обрушить их на наш остров, ведь пока он не покорит Британию, ему неминуемо грозит наказание за все его тяжелейшие преступления. Вторжение нацистов в Россию – лишь прелюдия к будущей попытке завоевания нашей страны. Агрессор, по-видимому, надеется осуществить задуманное еще до прихода зимы и до вмешательства в конфликт авиации и флота Соединенных Штатов. Он надеется еще раз применить на практике, на этот раз в грандиозном масштабе, уже неплохо оправдавший себя прием поочередного уничтожения противников, который до сих пор был залогом его успеха и процветания. В конце концов, по замыслу Гитлера, сцена международной политики должна опустеть, и тогда все будет готово для последнего акта мировой драмы, без которого все его завоевания останутся напрасными: для подчинения западного полушария отвратительной тирании и присоединения его к нацистской империи.

Поэтому нависшая над Россией угроза – это угроза и нам, и Соединенным Штатам, а дело каждого русского, вставшего на защиту своего очага, – это дело всех свободных людей и народов повсюду на земном шаре. Давайте усвоим уроки, преподанные нам жестоким прошлым. Давайте теснее сомкнем наши ряды и ударим по врагу все вместе, пока мы живы и у нас есть еще силы.

Я потому так подробно тут цитирую исторические документы, что изучал историю в советской школе, и хорошо помню, что вся роль Великобритании в войне сводилась там к задержкам в открытии второго фронта. По тем же учебникам учились и многие из людей, которые сегодня в российских школах эту историю преподают. В комментариях к историческим постам в ЖЖ и Фейсбуке я постоянно натыкаюсь на утверждения, будто бы Вторая мировая война началась нападением Гитлера на СССР, и что на стороне Германии с нами воевала «вся Европа». А та, что не воевала — снабжала Гитлера оружием и боеприпасами. Слава Богу, в Интернете пока доступен не только блог Максима Шевченко, но и более правдивые свидетельства о событиях времён той войны. И можно самому разобраться, кто там с кем и на какой стороне воевал.