В апреле 1965 года поэт-коммунист и преподаватель Литинститута Василий Журавлёв напечатал в толстом журнале «Октябрь» вот такие стихи:
Перед весной бывают дни такие:
под плотным снегом отдыхает луг,
шумят в саду кустарники нагие,
а теплый ветер нежен и упруг.
И легкости своей дивится тело,
идешь и сам себя не узнаешь,
и песню ту, что прежде надоела,
как новую с волнением поешь.
Читающая общественность, ознакомившись с этим опусом, малость приофигела, ибо узнала в нём видоизменённый стих Анны Ахматовой, написанный полувеком ранее:
Перед весной бывают дни такие:
Под плотным снегом отдыхает луг,
Шумят деревья весело-сухие,
И теплый ветер нежен и упруг.
И легкости своей дивится тело,
И дома своего не узнаешь,
А песню ту, что прежде надоела,
Как новую, с волнением поешь.
Уличённый в плагиате со страниц газеты «Известия» (в ту пору там ещё работали люди, умеющие читать по-русски), Василий Журавлёв прислал в редакцию покаянное письмо, где объяснял, что когда-то в дни бурной молодости он услыхал стихи Ахматовой, записал их в свой блокнот, а спустя много лет откопал, принял по ошибке за свои, слегка поправил и отдал в печать. Владимира Высоцкого эти забавные объяснения вдохновили на создание известной «Песни плагиатора» («Меня сегодня муза посетила...»)
Подлинная история появления ахматовских стихов в подборке Журавлёва несколько отличалась от его странноватых оправданий. Преподавая в Литинституте молодым поэтам, наставник-коммунист требовал от них стихов, лучшие из которых имел обыкновение печатать под собственным именем. Один из участников поэтического семинара, зная об этой повадке мэтра, решил отомстить, и подсунул Журавлёву ранние стихи Ахматовой, переписав их от руки из вышедшего в 1961 году сборника. Не будучи большим знатоком русской поэзии и не имея под рукой Гугла, коммунист Журавлёв на наживку немедленно клюнул, о чём вскорости пожалел. Особой пикантности его конфузу придало то обстоятельство, что незадолго до описываемых событий Журавлёв принимал активное участие в травле Ахматовой.
Вспомнил я об этой истории не из-за двойного юбилея (ахматовским стихам в нынешнем году исполняется 100 лет, журавлёвскому подлогу — 50), а из-за правок, которые в первом из процитированных стихотворений выделены жирным шрифтом. Журавлёв за эти правки отдельно каялся:
Досадно, что хотя и не преднамеренно, я дерзнул "подправить" строки, написанные не мною, — сказано в его письме в газету.
Многие литературные критики (и по горячим следам, и снова — в годы перестройки) приводили вполне косметическую, на мой вкус, правку Журавлёва как яркое свидетельство его собственной бездарности, отсутствия поэтического чутья и вкуса. Ахматова никогда бы не допустила простовато-самовлюблённое «сам себя не узнаёшь», потешались они над разоблачённым плагиатором.

Однако же стоит заметить, что правки, подобные журавлёвским, в истории человечества встречались многократно. Это сейчас мы ценим оригинальность авторского текста, а в иные времена «улучшение» классики считалось занятием вполне себе естественным. И продукты такой редактуры живут в веках вполне самостоятельной жизнью — зачастую отдельно и от исходного автора, и от последующего редактора. Очень значительная часть крылатых слов и выражений, приписываемых разным классикам, от Гераклита до Эйнштейна, происходит именно из подобных правок.
Есть, например, знаменитое латинское изречение:
Tempora mutantur, nos et mutamur in illis
(Времена меняются, и мы меняемся вместе с ними)
В Латинско-русском и русско-латинском словаре крылатых слов и выражений (М.: Русский Язык. Н.Т. Бабичев, Я.М. Боровской, 1982) можно прочитать, что автором является древнеримский поэт и мой почти однофамилец Публий Овидий Назон. В Энциклопедическом словаре крылатых слов и выражений, напротив, указывается, что фраза в разных источниках приписывается франкскому императору Лотару I (ок. 795—855), а также английскому философу-утописту Роберту Оуэну (1771 — 1858). Погуглив ещё минут 5, можно найти ещё с полдюжины кандидатов на авторство, в разных странах Европы, но Овидия мы среди них не обнаружим, потому что он действительно такого не писал.
Скорее всего, автором крылатого латинского выражения является основательно сегодня забытый лютеранский богослов и гимнописец Каспар Губеринус (Caspar Hueber, Kaspar Huber), живший в Германии в первой половине XVI столетия. Он взял 771-772 строки из VI книги «Фастов» Овидия, и доработал их под собственные нужды, полностью заменив второй стих. У Овидия было:
Tempora labuntur, tacitisque senescimus annis,
et fugiunt freno non remorante dies.
(Время уходит, и мы молчаливо с годами стареем,
Дни убегают, и нам их невозможно сдержать — перевод Ф.А. Петровского)
Губеринус написал:
Tempora labuntur, tacitisque senescimus annis;
Tempora mutantur, nosque mutamur in illis.
(Время уходит, и мы молчаливо с годами стареем,
Времена меняются, и мы меняемся вместе с ними).
И надо ж было случиться, чтобы именно вторая строчка, где забытый немецкий пастор поправил Овидия, как Журавлёв — Ахматову, стала крылатым латинским выражением, обильно цитируемым спустя 460 лет после смерти Губеринуса, в основном — со ссылкой на античных авторов.
no subject
Date: 2015-10-25 11:48 am (UTC)no subject
Date: 2015-10-25 11:50 am (UTC)no subject
Date: 2015-10-25 11:55 am (UTC)Перевод с латыни на латинский язык?
no subject
Date: 2015-10-25 12:00 pm (UTC)no subject
Date: 2015-10-25 12:12 pm (UTC)Губеринус писал на той же латыни, что и Овидий.
Перевод его текста на немецкий был сделан через 12 лет после смерти Губеринуса, другим лютеранским богословом, по имени Johannes Nas, и он звучал так:
Die zeit wirdt verendert / vnd wir in der zeit
no subject
Date: 2015-10-25 12:13 pm (UTC)no subject
Date: 2015-10-25 12:19 pm (UTC)Еще раньше первоисточник жил.
Date: 2015-10-25 12:27 pm (UTC)no subject
Date: 2015-10-25 12:38 pm (UTC)Поэт-песенник Сергей Островой написал в дневнике так: " Вчера полночи писал стихи о любви. Закрыл тему!".
no subject
Date: 2015-10-25 12:59 pm (UTC)http://litparody.ru/autors/ivanov-aleksandr/otkuda-chto.html
no subject
Date: 2015-10-25 01:05 pm (UTC)no subject
Date: 2015-10-25 01:18 pm (UTC)πἀντα ρει — это вообще Гераклит, и не стихи ни разу.
А у Овидия в Метаморфозах — так:
omnia mutantur, nihil interit: errat et illinc
huc venit, hinc illuc (XV:165-166)
(Так: изменяется все, но не гибнет ничто и, блуждая,
Входит туда и сюда — перевод Шервинского)
no subject
Date: 2015-10-25 02:11 pm (UTC)no subject
Date: 2015-10-25 02:41 pm (UTC)no subject
Date: 2015-10-25 04:35 pm (UTC)no subject
Date: 2015-10-25 04:54 pm (UTC)В России за 30 лет можно изменить все, а за 300 лет ничего
no subject
Date: 2015-10-25 07:46 pm (UTC)Это был голос, тогда ещё живой, А.А. Ахматовой
«Перед весной бывают дни такие:
Под плотным снегом отдыхает луг,
Шумят деревья весело-сухие,
И теплый ветер нежен и упруг.
И легкости своей дивится тело,
И дома своего не узнаешь,
А песню ту, что прежде надоела,
Как новую, с волнением поешь»
no subject
Date: 2015-10-26 08:32 am (UTC)Не являясь ни последователем коммунистической гипотезы ни фанатом ком партии должен поправить -- Василий Журавлёв являлся не коммунистом, а приспособленцем. Ели он и был членом компартии, то только в конъюнктурно-карьерных целях. Как небезызвестный гимнописец, у которого то "Нас вырастил Сталин", то "Хранимая Богом родная земля" (кстати упомянутый гимнописец и сыночка вырастил такого, что любо-дорого глядеть -- редкая, просто эталонная сволочь).
Идеологические коммунисты (вне зависимости от фактической принадлежности к партии) такого не допускали. На фронт -- добьровольцем: подлодка -> покинуть через торпедный аппарат -> госпиталь -> сухопутный моряк (в первом сражении гибнут 90%, потому как не обучены как пехота) -> война до конца. А после когда на партсобрании зила парторг цитировал хруща, что к 80 году будем жить при коммунизме встал и сказан "коммунизм будет не раньше чем лет через 300, мы коммунисты и всё понимаем, зачем нам-то лапшу эту вешать".
Люди были разные, но называть дерьмо сталью не следует. "Называть себя" и "являться" -- суть разные понятия.
no subject
Date: 2016-01-13 12:43 pm (UTC)Журавлёв и ушёл на фронт добровольцем. Был награждён орденом Красной Звезды. Писал на фронте стихи.
МАТЬ
В который раз сегодня опять
приснилась мне умершая мать.
Она вошла в мой снежный окоп,
она мне ладонь положила на лоб
и глазами, полными теплоты,
тихо спросила:
– Сын, это ты?..
– Да, моя родная!
Да, моя мать!
Разве меня уже не узнать?
Разве я уже не такой –
неугомонный и молодой?..
И мать посмотрела в мои глаза –
(в них не одна запеклась слеза),
и мать поглядела на мой висок –
(на нем не один седой волосок),
погладила лоб морщинистый мой
и покачала родной головой.
Потом заглянула в сердце ко мне,
которое билось в крови и в огне,
которое в битву меня вело,
которое к отмщенью звало.
И мать сказала:
– Да, ты все такой –
неугомонный и молодой!
Западный фронт,
февраль 1942 г
Что касается истории со стихами Ахматовой, впервые опубликованными в 1916 году, то ничего невероятного в объяснении Журавлева нет. Вполне мог услышать, записать, а через десятки лет перепутать с собственным черновиком.
История со "студентом" - байка. Был такой поэт Влодов (автор пародийного двустишия: "Прошла весна, настало лето - спасибо партии за это"). Он и придумал историю про "подсунутые" стихи
"– Я был пьяным и развлекался. Гляжу, в ЦДЛ за столиком сидит Василий Журавлёв. Друг Софронова и Грибачёва. Очеркист, руководитель семинара в Литинституте. Аферист, ханыга и прохиндей. Я давно о нём слышал. Говорили, будто бы он спёр эти очерки из журнала «Дальний Восток» пятигодичной давности. Вот, наверное, отчего я к нему прицепился: «Почему бы тебе не быть поэтом? Он моментом: «Ты, что ли, меня сделаешь? Хм… Я, вообще-то, таксёр по профессии. Я тебя понимаю, бля… Всё, заметано! Только смотри, чтоб атаса не было. Хипеж будет — у!» Мы договорились с ним за пять минут. И у него начали выходить книги. Я сказал, что гонораров мне не надо, я так, интересу ради, это — потом, если приспичит. Жизнь прижала — приспичило. Позвонил, а он стал прятаться, клясться, что, гонорара, мол, не получил. Но я-то знал, что получил. И тут он брякнул: «Известия» просят подборку — нужно дать. Написал я для него подборку, но внутри поставил два стихотворения Ахматовой. Публикация состоялась и... фельетон в «Литгазете» — тоже. Я звоню ему: «Ну, что? Так я наказываю, Вася». Он выступил в «Литературной России» с письмом: мол, бес попутал, мол, у него в черновиках лежала любимая Ахматова… И исчез. Нет такого поэта Журавлёва."
Явная чушь (Журавлев начал публиковать стихи, когда Влодову было три года, и на фронте 10-летний Влодов за него тоже никак стихов писать не мог; как поэт Журавлев никуда не исчезал тридцать лет до истории с Ахматовой и двадцать лет после), но байки в народе любят..
no subject
Date: 2016-01-13 01:41 pm (UTC)Что до орденов и медалей -- это не показатель. Среди моих родственников многие воевали. Дед, который пошёл добровольцем имея отвод по состоянию здоровья (раздробленное колено с финской -- не мог бегать) наград не имеет, остался прикрывать отступление своего подразделение (именно соображение что отступать надо быстро, перебежками, а он бегать всё равно не умеет было решающим). О факте рассказал уже после войны выживший сослуживец. В советские годы считался пропавшим без вести, по немецким документам -- контужен, взят в плен и расстрелян (выяснили относительно недавно). Один из дедов жены имеет кучу наград, занимал какой-то пост в совете ветеранов, от него осталась папочка с вырезками из газет военных лет: там о нём несколько статей. Откуда такое везение, что про одного и того же воина несколько раз пишут газеты? При разборе выяснилось, что служил он при штабе и в реальных боевых столкновениях участия не принимал, просто корреспондент посланный на фронт тоже не жаждет брать интервью под пулями и доехав до штаба опрашивает служащих там. Ну и штабные с радостью рассказывают про свои великие подвиги.
no subject
Date: 2016-01-13 03:29 pm (UTC)Плагиат это умышленное присвоение авторства чужого произведения искусства. То есть, пока версия Журавлёва не опровергнута, грех его только в плохой памяти на стихи Ахматовой.
///особенно распространено у преподов-поэтов///
Возможно, поэтому и возникла версия, приведённая автором блога. Вопрос в том, был ли Журавлев именно из таких преподов-поэтов, открыт.
///Дед, который пошёл добровольцем///
Журавлёв тоже пошёл добровольцем.
/// Что до орденов и медалей -- это не показатель.///
Собственно, весь компромат против Журавлева сводится к восьми чужим строчкам, опубликованным в 1965 г. под его именем, и различным версиям, как это могло получиться: от ошибки до плагиата. Просто призываю не торопиться с вынесением приговора, лады?