Эмигрант или путешественник?
Sep. 25th, 2014 02:48 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
dolboedСегодня вечером в «Ситиклассе» на Дружинниковской — мой очередной семинар про эмиграцию. Практически юбилейный, потому что первый такой семинар состоялся ровно три года назад, на следующий день после незабвенной «рокировки», которая неожиданно придала теме популярности.
Впрочем, три года назад это сказывалось в основном на тематике кухонных разговоров. В каком-то смысле люди в ту пору скорей сублимировали этими разговорами своё недовольство общественными процессами, чем действительно куда-то собирались — тем более, что начались протестные движения, появились какие-то надежды и иллюзии... В нынешнем сезоне иллюзиям взяться неоткуда. И с каждым месяцем всё больше становится нездешних географических меток в моей фейсбучной ленте друзей. Сам я при этом никуда не собираюсь, отдал сына в московскую школу, запускаю новые проекты с коллегами из Ленты.Ру... Но слушатели моих семинаров про эмиграцию всё чаще голосуют рублём за иное устройство своей дальнейшей жизни.
Три года назад мой семинар про эмиграцию начинался с объяснения, что в наши дни в России сам термин, по большому счёту, утратил прежний смысл в связи с падением железного занавеса, упрощением визового режима и общими процессами глобализации. «Эмигрантами» в наше время можно считать лишь таких россиян, которым въезд в страну по каким-то их личным причинам заказан — то есть в первую очередь политических беженцев. А человека, который, сдав московскую квартиру, уехал на несколько лет в Таиланд или Черногорию, мы вряд ли назовём эмигрантом, даже если в новой стране пребывания он получит гражданство... Скорей мы назовём его путешественником или «глобальным русским».
Ещё в начале нынешнего года мне эта мысль — о замене прежних эмигрантов путешественниками — казалась самоочевидной. Но события в России и вокруг неё развиваются с такой быстротой, что теперь я уже совсем в этом не уверен.
Впрочем, три года назад это сказывалось в основном на тематике кухонных разговоров. В каком-то смысле люди в ту пору скорей сублимировали этими разговорами своё недовольство общественными процессами, чем действительно куда-то собирались — тем более, что начались протестные движения, появились какие-то надежды и иллюзии... В нынешнем сезоне иллюзиям взяться неоткуда. И с каждым месяцем всё больше становится нездешних географических меток в моей фейсбучной ленте друзей. Сам я при этом никуда не собираюсь, отдал сына в московскую школу, запускаю новые проекты с коллегами из Ленты.Ру... Но слушатели моих семинаров про эмиграцию всё чаще голосуют рублём за иное устройство своей дальнейшей жизни.
Три года назад мой семинар про эмиграцию начинался с объяснения, что в наши дни в России сам термин, по большому счёту, утратил прежний смысл в связи с падением железного занавеса, упрощением визового режима и общими процессами глобализации. «Эмигрантами» в наше время можно считать лишь таких россиян, которым въезд в страну по каким-то их личным причинам заказан — то есть в первую очередь политических беженцев. А человека, который, сдав московскую квартиру, уехал на несколько лет в Таиланд или Черногорию, мы вряд ли назовём эмигрантом, даже если в новой стране пребывания он получит гражданство... Скорей мы назовём его путешественником или «глобальным русским».
Ещё в начале нынешнего года мне эта мысль — о замене прежних эмигрантов путешественниками — казалась самоочевидной. Но события в России и вокруг неё развиваются с такой быстротой, что теперь я уже совсем в этом не уверен.
