Мой вересковый malt
Sep. 8th, 2014 01:15 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
dolboedЗа 10 дней до референдума о независимости Шотландии газета Sunday Times опубликовала данные соцопроса YouGov, которые впервые выявили большинство у сторонников отделения. За выход из Соединённого Королевства высказался 51% респондентов. А всего месяц назад противники отделения лидировали в таком же опросе с отрывом в 22% от сторонников...
Мне всё это читать в высшей степени странно, потому что я минувшим летом ездил в город Глазго и на остров Джура (родину одноимённого виски), где провёл много часов в беседах с местными жителями об отделении. С тех пор я этот вопрос считаю решённым. Мнения я от своих шотландских собутыльников, городских и островных, услышал очень разные, но намерение они все высказывали ровно одно.
Никто из моих собеседников не назвал мне ни одного положительного следствия выхода Шотландии из состава Британии. Отрицательных перечисляли кучу. Не только самоочевидные — такие, как пересмотр торговых договоров, результатом которого могут стать ввозные пошлины на шотландскую продукцию на основных рынках ЕС, падение экспорта, сворачивание производства, потеря рабочих мест, перерегистрация штаб-квартир основных вискокуров и банкиров в соседней (английской) юрисдикции... Ещё говорили довольно забавное, очень в духе российских либералов 1999 года: как распоряжается нашими налогами Лондон — мы уже хорошо знаем. А вот как этими деньгами распорядится новая власть, когда дорвётся до них — страшно подумать. То есть даже самый главный аргумент за независимость — «хватит кормить Кардифф» — в устах моих шотландских знакомых звучал страшилкой. Мне страшней Рамбо из Тамбова, чем Рамбо из Айовы, как пелось в известной песне.
Короче, меня там все так отговаривали от выхода Шотландии из состава Соединённого Королевства, как будто этот вопрос предстояло решать лично мне, причём в одно рыло.
А потом я всем своим собеседникам задавал один простой вопрос, который мог бы даже показаться риторическим:
— А вот лично Вы как проголосуете на референдуме?
И получал всегда один и тот же ответ:
— Я проголосую за отделение.
Объяснять этот удивительный выбор не взялся никто.
Его просто констатировали, пожимая плечами, те же самые люди, которые до этого подробно расписывали свои собственные неприятности в случае независимости.
Это, может быть, звучало странно и нелогично, но ведь никто ж и не сказал, что vox populi управляется железобетонной логикой или звучит непременно из глубин его же, populi, кошелька. Есть масса других соображений, сложных для озвучивания иностранцу, от обиды за державу до «все побежали, и я побежал».
Так что из Глазго я привёз не только бутылку Jura Prophecy и несколько тысяч фоток, но также совершенно твёрдую уверенность, что после 18 сентября король шотландский получит-таки свой вересковый нефть. Даже если малюткам-медоварам из вересковых штаб-квартир после этого придётся поменять свои уютные пещеры под землёй на панельное жильё в 80 км от Лондона.
Непонятно, почему для англичан это за 10 дней до события оказалось таким сюрпризом.
Им-то кто мешал доехать до Глазго и поговорить с людьми?
Оно же им, вроде, безвизово, и авиабилет стоит как одна бутылка того же Prophecy в duty-free...
Мне всё это читать в высшей степени странно, потому что я минувшим летом ездил в город Глазго и на остров Джура (родину одноимённого виски), где провёл много часов в беседах с местными жителями об отделении. С тех пор я этот вопрос считаю решённым. Мнения я от своих шотландских собутыльников, городских и островных, услышал очень разные, но намерение они все высказывали ровно одно.
Никто из моих собеседников не назвал мне ни одного положительного следствия выхода Шотландии из состава Британии. Отрицательных перечисляли кучу. Не только самоочевидные — такие, как пересмотр торговых договоров, результатом которого могут стать ввозные пошлины на шотландскую продукцию на основных рынках ЕС, падение экспорта, сворачивание производства, потеря рабочих мест, перерегистрация штаб-квартир основных вискокуров и банкиров в соседней (английской) юрисдикции... Ещё говорили довольно забавное, очень в духе российских либералов 1999 года: как распоряжается нашими налогами Лондон — мы уже хорошо знаем. А вот как этими деньгами распорядится новая власть, когда дорвётся до них — страшно подумать. То есть даже самый главный аргумент за независимость — «хватит кормить Кардифф» — в устах моих шотландских знакомых звучал страшилкой. Мне страшней Рамбо из Тамбова, чем Рамбо из Айовы, как пелось в известной песне.
Короче, меня там все так отговаривали от выхода Шотландии из состава Соединённого Королевства, как будто этот вопрос предстояло решать лично мне, причём в одно рыло.
А потом я всем своим собеседникам задавал один простой вопрос, который мог бы даже показаться риторическим:
— А вот лично Вы как проголосуете на референдуме?
И получал всегда один и тот же ответ:
— Я проголосую за отделение.
Объяснять этот удивительный выбор не взялся никто.
Его просто констатировали, пожимая плечами, те же самые люди, которые до этого подробно расписывали свои собственные неприятности в случае независимости.
Это, может быть, звучало странно и нелогично, но ведь никто ж и не сказал, что vox populi управляется железобетонной логикой или звучит непременно из глубин его же, populi, кошелька. Есть масса других соображений, сложных для озвучивания иностранцу, от обиды за державу до «все побежали, и я побежал».
Так что из Глазго я привёз не только бутылку Jura Prophecy и несколько тысяч фоток, но также совершенно твёрдую уверенность, что после 18 сентября король шотландский получит-таки свой вересковый нефть. Даже если малюткам-медоварам из вересковых штаб-квартир после этого придётся поменять свои уютные пещеры под землёй на панельное жильё в 80 км от Лондона.
Непонятно, почему для англичан это за 10 дней до события оказалось таким сюрпризом.
Им-то кто мешал доехать до Глазго и поговорить с людьми?
Оно же им, вроде, безвизово, и авиабилет стоит как одна бутылка того же Prophecy в duty-free...
