dolboed | Случай с сенатором Торшиным

Есть мнение, что до Интернета у нас у всех, и в Америке, и в СССР, было офигеннейшее прайвеси, но потом пришли злые Брины с Цукербергами, разместили в открытом доступе наши платёжные данные, фотографии в обнажённом виде и поэтажные планы жилищ — а теперь ещё и глумятся, провозглашая на каждом углу, что прайвеси умерла.

Мне всегда было трудно понять людей, которые подобное утверждают. Например, потому, что кредитными карточками я пользуюсь с марта 1990 года, в частности с 1994 года использую их в Интернете, на сотнях разных сайтов, в десятках стран, а номера моих карт украли за эти 17 лет всего трижды — в московском банкомате, на тель-авивской бензоколонке и в киевском клубе. Все три раза копии снимались с физического экземпляра карты, а не похищались ушлыми хакерами из моего компьютера или базы данных интернет-магазина. Этот опыт навёл меня на мысль, что в офлайне для наших персональных данных существует куда больше серьёзных угроз, чем в Интернете. Месяц назад, путешествуя по Вьетнаму, я имел случай в этом убедиться на живом примере одного известного отечественного политика — ныне доживающего последние дни в должности и.о. третьего лица российской власти.

Расскажу по порядку, то есть начну издалека. Главной туристической достопримечательностью Северного Вьетнама является, как известно, залив Ха Лон с его тремя тысячами островов. Иностранцы попадают туда из Ханоя на машинах и автобусах. Дорога занимает около трёх часов, так что вполне естественно желание странников на полпути размяться и оправиться. Поэтому не удивительно, что именно на середине популярного маршрута предприимчивые вьетнамцы открыли большой туристический центр, который простодушные американские туристы так и называют: toilet stop on your way to Ha Long Bay from Hanoi. Там есть, разумеется, и туалет, и неплохая закусочная, и сувенирная лавка площадью в пару тысяч квадратных метров. Но для особо богатеньких буратин главной достопримечательностью является фабрика-магазин пафосной каменной скульптуры в ново~~русском~~вьетнамском стиле: слоников, львяток, драконов, обнажённых нимф, дев Марий, распятий и даже абстрактных композиций для продвинутых покупателей. Легенда гласит, что эту продукцию здесь же изготавливают местные инвалиды. Их даже предъявляют особо любопытным гостям.
Вьетнамская каменная скульптура для туристов

Вьетнамская каменная скульптура для туристов

Турист, которому дензнаки ощутимо оттягивают карман и создают неудобства при ходьбе, может тут же сию продукцию и прикупить. При этом ему объясняют, что тащить многопудовые сувениры дальше на собственном горбу в Ха Лон и обратно совершенно незачем: расплатившись, буратино оставляет владельцам фабрики свой домашний адрес, и покупки ему доставляются непосредственно на дом.

Только одну вещь забывают объяснить туристу: что его вклад в экономику Вьетнама будет увековечен на местной доске почёта, вместе со всеми данными, которые у него взяли для доставки груза, и фотографией, под гордым заголовком OUR PRODUCTS GO TO WORLDWIDE:
Доска почёта

Забыли об этом предупредить и российского сенатора Александра Торшина, ныне и.о. председателя Совета Федерации, когда он с супругой путешествовал по Юго-Восточной Азии. Не чуя подвоха, представитель правительства Республики Марий Эл в Совете Федерации РФ и будущий автор законопроекта, выводящего Россию из европейского правового поля, прикупил на вьетнамской фабрике немножко каменной скульптуры для обустройства своей скромной квартирки на Осенней улице в Крылатском. Вернее, прикупила, очевидно, супруга, но сенатор исправно сфотографировался с покупкой, и оставил продавцам все свои данные, включая и прямой московский мобильник, и домашний адрес, и электронную почту. Не успела сановная чета выехать за ворота toilet stop, как все их персональные данные оказались на доске почёта, при входе в сувенирный супермаркет:
Сенатор Торшин с купленной скульптурой

Они до сих пор там висят, на радость толпам российских туристов, которых в одном только прошлом году во Вьетнаме отметилось 110 тысяч. Ей-Богу, если бы все те же данные — мобильник, домашний адрес и электронную почту — сенатор разместил бы в своём профиле на Фейсбуке в режиме "для друзей", то доступ к этой информации получило бы значительно меньше людей.