Эякуляция доктора Ватсона
Nov. 13th, 2014 04:38 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
dolboedСлучайно в поисках какой-то цитаты из английской классики я наткнулся на симпатичный проект «Параллельные переводы», где разные литературные тексты разбиты на фразы и приводятся одновременно в русском переводе и английском оригинале. Наверное, он может принести пользу моим читателям, самостоятельно изучающим литературный английский. Но и для людей, перед которыми такая задача не стоит, это собрание пёстрых глаз содержит занимательные открытия.
Например, наткнулся я там на «Тайну Боскомской долины» в переводе Майи Бессараб — том самом, в котором я впервые читал этот рассказ лет 40 назад. И, особенно даже не всматриваясь, обнаружил, что переводчик банально не понимает прямой смысл отдельных английских слов. Вернее, не догадывается о его существовании.
В начале рассказа Шерлок Холмс и доктор Ватсон обсуждают дело об убийстве, которое им предстоит расследовать. Все улики, по первому впечатлению наивного доктора, изобличают виновность юного МакКарти.
“Coming on the top of such a damning series of events, it was at least a most suspicious remark”, — замечает Ватсон о словах подозреваемого.
После дьявольски веских улик это звучит подозрительно, — переводит Майя Бессараб.
Этот дьявольский эпитет несколько резанул мне слух, но я так и не понял, откуда переводчица вообще взяла чертовщину в этой фразе. Разгадка сыскалась на соседней странице.
“I could hardly imagine a more damning case,” — говорит Ватсон.
Невозможно себе представить более гнусного дела, — переводит Майя Бессараб.
Тут уже сразу понятно становится, что переводчица просто реагирует на знакомое слово damn, про которое её когда-то в Инязе научили, что оно означает "проклятие". И смысл однокоренного герундия damning она интуитивно выводит оттуда же, принимая за ругательство. Хотя любой поклонник судебных сериалов, даже не заглядывая в словарь Коллинза, догадается, что damning в судебно-следственной практике — это всего лишь изобличающий. В те времена, когда Майя Бессараб переводила «Записки о Шерлоке Холмсе», иностранные судебные сериалы по советским телеканалам не демонстрировались, а видео вообще ещё не изобрели. Так что судебный смысл выражения остался для переводчицы за кадром. А на выходе мы имеем доктора Ватсона, который зачем-то чертыхается через фразу, безо всякого смысла и повода, как подросток, ищущий самоутверждения.
Надобно заметить, что таких смысловых искажений и подмен — куча великая во всех советских переводах англоязычной литературы. Наверное, больше всех в этом смысле повезло Сэлинджеру, чей знаменитый роман Рита Райт-Ковалёва просто пересказала своими словами, начав прямо с названия. Но практически в любом советском переводе английской и американской литературы XX века встречаются эти странные и забавные несоответствия, объясняемые тем, что советский переводчик находился начисто вне контекста, в котором существовали авторы и читатели исходных книг. Причём контекста не только актуального (фастфуд, масскульт, спорт, экономика, технологии, вывески, канцеляризмы), но и вполне классического: когда англоязычный автор цитирует Библию, то читатель эту цитату улавливает, а советский переводчик в лучшем случае её просто не замечает. В худшем — даёт волю фантазии, превращая библейского страдальца Иова в какого-то загадочного Джоба... Интернета ж не было у них под рукой, чтоб скрытые цитаты гуглить.
Впрочем, надо заметить, что попадаются в тексте «Боскомской долины» и такие занятные речевые архаизмы, которые современного российского читателя поставили бы в тупик, а для Майи Бессараб они тривиальны, потому что отсылают к знакомой по институтским хрестоматиям викторианской лексике. Например, вот такая фраза:
On the inspector of constabulary informing him that he was a prisoner, he remarked that he was not surprised to hear it, and that it was no more than his deserts.
Что prisoner в данном случае означает «Вы арестованы», а не подтверждение статуса военнопленного — это ещё как-то можно догадаться из контекста. Но вот что, блин, за десерты?! Или речь о пустыне? Тут как-нибудь нужно знать, из старой литературы или из словаря, что одно из значений desert в лексике той эпохи — заслуги/прегрешения (в смысле «получить по заслугам»). Бессараб об этом знала, и перевод фразы вышел безупречным по смыслу.
А самая восхитительная, с точки зрения современного читателя, строчка в этом рассказе, звучит так:
“It was a confession,” I ejaculated.
Поди знай, что с 1578 года это слово использовалось в английском языке вне всяких урологических коннотаций, в значении «выпалил» или «воскликнул». Merriam Webster предлагает, например, такой пример употребления:
“Eureka!” the Greek mathematician Archimedes is said to have ejaculated upon discovering a method for determining the purity of gold
Думаю, без объяснений словаря современный читатель обречён был бы умозаключить, что Архимед испытал особенный приступ наслаждения от своего открытия.
Например, наткнулся я там на «Тайну Боскомской долины» в переводе Майи Бессараб — том самом, в котором я впервые читал этот рассказ лет 40 назад. И, особенно даже не всматриваясь, обнаружил, что переводчик банально не понимает прямой смысл отдельных английских слов. Вернее, не догадывается о его существовании.
В начале рассказа Шерлок Холмс и доктор Ватсон обсуждают дело об убийстве, которое им предстоит расследовать. Все улики, по первому впечатлению наивного доктора, изобличают виновность юного МакКарти.
“Coming on the top of such a damning series of events, it was at least a most suspicious remark”, — замечает Ватсон о словах подозреваемого.
После дьявольски веских улик это звучит подозрительно, — переводит Майя Бессараб.
Этот дьявольский эпитет несколько резанул мне слух, но я так и не понял, откуда переводчица вообще взяла чертовщину в этой фразе. Разгадка сыскалась на соседней странице.
“I could hardly imagine a more damning case,” — говорит Ватсон.
Невозможно себе представить более гнусного дела, — переводит Майя Бессараб.
Тут уже сразу понятно становится, что переводчица просто реагирует на знакомое слово damn, про которое её когда-то в Инязе научили, что оно означает "проклятие". И смысл однокоренного герундия damning она интуитивно выводит оттуда же, принимая за ругательство. Хотя любой поклонник судебных сериалов, даже не заглядывая в словарь Коллинза, догадается, что damning в судебно-следственной практике — это всего лишь изобличающий. В те времена, когда Майя Бессараб переводила «Записки о Шерлоке Холмсе», иностранные судебные сериалы по советским телеканалам не демонстрировались, а видео вообще ещё не изобрели. Так что судебный смысл выражения остался для переводчицы за кадром. А на выходе мы имеем доктора Ватсона, который зачем-то чертыхается через фразу, безо всякого смысла и повода, как подросток, ищущий самоутверждения.
Надобно заметить, что таких смысловых искажений и подмен — куча великая во всех советских переводах англоязычной литературы. Наверное, больше всех в этом смысле повезло Сэлинджеру, чей знаменитый роман Рита Райт-Ковалёва просто пересказала своими словами, начав прямо с названия. Но практически в любом советском переводе английской и американской литературы XX века встречаются эти странные и забавные несоответствия, объясняемые тем, что советский переводчик находился начисто вне контекста, в котором существовали авторы и читатели исходных книг. Причём контекста не только актуального (фастфуд, масскульт, спорт, экономика, технологии, вывески, канцеляризмы), но и вполне классического: когда англоязычный автор цитирует Библию, то читатель эту цитату улавливает, а советский переводчик в лучшем случае её просто не замечает. В худшем — даёт волю фантазии, превращая библейского страдальца Иова в какого-то загадочного Джоба... Интернета ж не было у них под рукой, чтоб скрытые цитаты гуглить.
Впрочем, надо заметить, что попадаются в тексте «Боскомской долины» и такие занятные речевые архаизмы, которые современного российского читателя поставили бы в тупик, а для Майи Бессараб они тривиальны, потому что отсылают к знакомой по институтским хрестоматиям викторианской лексике. Например, вот такая фраза:
On the inspector of constabulary informing him that he was a prisoner, he remarked that he was not surprised to hear it, and that it was no more than his deserts.
Что prisoner в данном случае означает «Вы арестованы», а не подтверждение статуса военнопленного — это ещё как-то можно догадаться из контекста. Но вот что, блин, за десерты?! Или речь о пустыне? Тут как-нибудь нужно знать, из старой литературы или из словаря, что одно из значений desert в лексике той эпохи — заслуги/прегрешения (в смысле «получить по заслугам»). Бессараб об этом знала, и перевод фразы вышел безупречным по смыслу.
А самая восхитительная, с точки зрения современного читателя, строчка в этом рассказе, звучит так:
“It was a confession,” I ejaculated.
Поди знай, что с 1578 года это слово использовалось в английском языке вне всяких урологических коннотаций, в значении «выпалил» или «воскликнул». Merriam Webster предлагает, например, такой пример употребления:
“Eureka!” the Greek mathematician Archimedes is said to have ejaculated upon discovering a method for determining the purity of gold
Думаю, без объяснений словаря современный читатель обречён был бы умозаключить, что Архимед испытал особенный приступ наслаждения от своего открытия.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2014-11-13 01:47 pm (UTC)no subject
Date: 2014-11-13 01:54 pm (UTC)http://en.wiktionary.org/wiki/desert#Etymology_1
no subject
Date: 2014-11-13 02:02 pm (UTC)no subject
Date: 2014-11-13 02:04 pm (UTC)мне кажется, что винить переводчиков из-за железного занавеса в незнании контекста и аллюзий на другие произведения сложно. Хотя Иова могли бы знать
no subject
Date: 2014-11-13 02:08 pm (UTC)Помню, приходилось растолковывать значение различный слов дочке, когда она читала Войну и Мир, то есть даже не от времени Толстого, а за всего 20-30 лет прошедших после нашего с женой чтения той же книги, часть слов ушла или поменяла смысл.
А в английском, например, слово gay до середины 20 века ничего такого не означало, ну, или не в повседневном употреблении, что прекрасно иллюстрируют все эти Gay Street в различных американский городах.
no subject
Date: 2014-11-13 02:10 pm (UTC)no subject
Date: 2014-11-13 02:21 pm (UTC)я констатирую, что они одни вещи пропускали от непонимания, а другие вещи дофантазировали
в результате переводы очень сильно отличаются от оригиналов
по ссылке выше насчёт Сэлинджера много любопытного о том, что Catcher in the Rye и Над пропастью во ржи — две разные книги.
no subject
Date: 2014-11-13 02:24 pm (UTC)no subject
Date: 2014-11-13 02:24 pm (UTC)В данном конкретном примере про damn история не про трансформацию смыслов со временем, а про переводчика, который дыры в своём словарном запасе подменяет вымыслом.
К сожалению, в доинтернетовскую эпоху это было скорее правилом, чем исключением.
no subject
Date: 2014-11-13 02:26 pm (UTC)no subject
Date: 2014-11-13 02:37 pm (UTC)no subject
Date: 2014-11-13 02:46 pm (UTC)«„We're not going to use magic“ — Ron ejaculated loudly» — ГП и Орден Феникса, с. 242.
no subject
Date: 2014-11-13 02:48 pm (UTC)Почему все гости ржали после этого в голос, он понял, лишь спустя несколько лет...
:-)
no subject
Date: 2014-11-13 02:49 pm (UTC)no subject
Date: 2014-11-13 02:57 pm (UTC)Сейчас и на английском писатель не станет употреблять ejaculated в оригинальном смысле, чтобы не возникло непонятностей. См. историю со словом niggardly, не имеющего никакой связи с "запрещённым" словом, но человека уволили.
В общем, последняя треть оригинального поста сбила меня с толку от истории со словом damn, вполне неплохо проиллюстрированной цитатами. Вот, перед фразой "Впрочем, надо заметить" надо было остановиться. :-) Как сказал мне один индийский коллега: "Пиши покороче, тогда у читающих будет меньше вопросов".
no subject
Date: 2014-11-13 03:11 pm (UTC)no subject
Date: 2014-11-13 03:13 pm (UTC)Самое непонятное - что заставляло переводчиков просто так дописывать всякую чушь, на которую в оригинале не было даже намека. На арене всё те же ребята из викторианской Англии:
Well, well, I dare say that a couple of rabbits would account both for the blood and for the charred ashes. If ever you write an account, Watson, you can make rabbits serve your turn.
Товарищ Жукова перевела это так:
Думаю, что пары кроликов хватило. Будете писать о Норвудском деле, Уотсон, смело пишите о кроликах. Истина где-то недалеко.
От крови и обугленных останков ей, предположим, дурно. Но откуда там, блин, эта "истина"?
И нормально всё с "ejaculated" у современного читателя.
no subject
Date: 2014-11-13 03:21 pm (UTC)... как и erected, в смысле "воздвигнул" или "возвёл". :)
no subject
Date: 2014-11-13 03:35 pm (UTC)no subject
Date: 2014-11-13 03:36 pm (UTC)Дедушка Скартетт, Робийар, пришел на бал в САТИНОВЫХ штанах
Сразу вспомнилось далекое детство и наши синие сатиновые шаровары
взоржала!
Полезла в словарь satin высококачественная шерстяная материя особой выделки с шелковистым блеском
Но я думаю что старик Робийар французский аристократ пришел на бал таки в синих " шариках"
no subject
Date: 2014-11-13 03:49 pm (UTC)no subject
Date: 2014-11-13 03:58 pm (UTC)Ничего удивительного
руки солдата с обрезанным копьем
сами тянутся передернуть затворчик =))
no subject
Date: 2014-11-13 03:59 pm (UTC)Но когда дело дошло до эталонных примеров работы мастеров отечественной школы художественного перевода, в куче мест буквально волосы вставали дыбом. Сплошь и рядом потеря нюансов, домысливание, приглаживание. Поскольку целью ставилась не передача смысла написанного, а передача того, что думал об этом автор, и как бы он это написал, если бы в его руках было все богатство русского языка. Что, естественно, превращалось в передачу того, что об этом думал переводчик.
Совсем недавно попадался на глаза разбор классических переводов Честертона и Вудхауза - ну, честное слово, я предпочел бы любой непричесанный подстрочник.
Т.е. нужно просто осознать и смириться - все классические советские переводы имеют очень относительное отношение к оригиналу. И по возможности перечитать еще раз все в оригинале - если найдется время, конечно.
no subject
Date: 2014-11-13 04:00 pm (UTC)В другой раз в беседе Рита Райт-Ковалева сказала нам, что с современного английского на русский переводить невозможно: английский язык живой, а русский - stiff.
В третий раз уже Симона Синьоре беседовала с Ильей Эренбургом, который "щеголял" знанием французского. Дело было в 1956, после Будапешта, и ее поразил язык Эренбурга - сленг 1930-х.
Русские не понимали (им не давали понять?), что язык живет и меняется.
Мне помнится, Василий Аксенов пытался писать на более-менее подвижном языке.
no subject
Date: 2014-11-13 04:12 pm (UTC)