dolboed | «Шереметьево», МК и LifeNews: российского студента убил испанский пилот

Аэропорт «Шереметьево» абсолютно жжёт. И я не про Ил-96, а про их вчерашнее выступление.
Пожар ИЛ-96 в Шереметьево

Они провели, с позволения сказать, собственное расследование, данные которого опубликовали вчера на официальном сайте. Расследование никаких новых фактов не выявило, кроме общеизвестного: 24-летний российский студент Артём Чечиков, возвращавшийся с женой из свадебного путешествия, умер в «Шереметьево» от сердечного приступа, так и не дождавшись квалифицированной медицинской помощи, потому что её сперва забыли вызвать, а потом она забыла приехать. Испанский пилот уведомил наземные российские службы об экстренной посадке в связи с сердечным приступом у пассажира около 4 часов утра, первая попытка вызова реанимации случилась в 05:15, но реанимобиль в «Шереметьево» так никогда и не доехал. Вместо него в 6:11 прибыла линейная бригада скорой помощи, которая успешно провела интубацию пациента, а затем подождала ещё ровно 30 минут, и строго по часам, в 06:43, констатировала его смерть. Ибо таковы у них нормативы: тридцать минут.

В первых комментариях представителей «Шереметьево» по поводу этой истории виновником гибели молодого человека называли того российского врача, с подачи которого испанские пилоты совершили экстренную посадку в Москве, пытаясь спасти пациента. Утверждалось, что врач-реаниматолог Курганской областной клинической больницы Валерий Лукьянов как-то неласково поговорил с двумя прибывшими на борт дамами из шереметьевского медпункта, помешал им оказывать реанимационные мероприятия, и они так расстроились, что полчаса не могли вызвать реанимобиль. А когда всё же удосужились вызвать — то позвонили не на ту подстанцию, откуда можно было срочно ждать помощи. То есть вообще не в тот субъект федерации позвонили, где «Шереметьево» находится. Там диспетчер, принявший звонок, тоже тормозил полчаса, а потом отправил линейную бригаду вместо реанимобиля. Виноват во всём этом, разумеется, доктор Лукьянов из Кургана. Будь он повежливей с заспанными медичками из Терминала С, больного можно было бы спасти.

«Наши врачи сначала поднялись на борт для оценки ситуации, — сообщил главный врач аэропорта Шереметьево Артур Бунин. — Но у них произошел конфликт с врачом, оказывающим реанимационные действия. Прошло 10-15 минут. После этого, в 5 часов 14 минут, была вызвана реанимационная бригада». Как рассказал Бунин, когда медики аэропорта поднялись на борт, пассажир, представившийся врачом-реаниматологом, делал массаж сердца Артему на пассажирском кресле, «он кричал, требовал реанимационную бригаду», и в такой ситуации вступать с ним в конфликт врачи Шереметьево не стали.

Такова была исходная версия, на которой настаивал главврач «Шереметьева». Мы хотели спасти, но нам нагрубили, потребовали реанимационную бригаду, и мы так расстроились, что на звонок в скорую помощь ушло 33 минуты. А когда через ещё 33 минуты никакой реанимации не появилось, мы были слишком расстроены, чтобы перезвонить и узнать, куда она подевалась...

Теперь совсем новая версия появилась. Виноват у них уже не доктор из Кургана, а... испанский пилот. Оказывается, он не ту «скорую помощь» запросил. Сказал наземному диспетчеру, что нужен ambulance. А должен был сказать resuscitation. Ведь каждый испанский пилот обязан знать, что в России ambulance — это такая инвалидная бригада с аспирином, которую вызывают лечить головную боль, и она приезжает в среднем через 2 часа. Если б испанский пилот сказал resuscitation, то прямо у трапа пациента встречал бы оборудованный по последним требованиям медицинской науки реанимобиль из кремлёвки. Но испанский пилот совершил ошибку, и она стоила парню жизни. «Московский комсомолец» так прямо и пишет в заголовке, со слов пресс-службы МАШ: Артём Чечиков погиб в аэропорту Шереметьево из-за оговорки пилота. Такой же заголовок не только у LifeNews, и ещё в дюжине СМИ. Нужно, видимо, срочно вызывать Калоева на разборки...

С отдельным чувством гордости глава ЦОС аэропорта «Шереметьево» заявляет, что никаких претензий к действиям служб аэропорта с 18 августа не появилось:

По словам Захаренковой, с семьей умершего пассажира руководству аэропорта связаться не удалось. «Никаких исков или обращений юристов, адвокатов со стороны родных пассажира к нам не поступало», — сообщила представитель Шереметьево.

Офигительная пресс-служба у этого аэропорта. О том, что к «Шереметьево» подан иск, давно уже сообщили все информагентства страны. Сообщили и кто истец, и кто ответчики, и в какую инстанцию (Курчатовский райсуд города Челябинска) поступило дело. Представители суда подтвердили получение иска агентству ИТАР-ТАСС аж 3 сентября. На телеканале «Россия» всё это уже рассказывалось в федеральном эфире. Отдельно с 25 августа по факту смерти Чечикова в СКР расследуется уголовное дело по ч. 2 ст. 109 УК РФ. Для тех, кто в танке, внятно прокомментировал ситуацию Минздрав, по версии которого ничем, кроме смерти пациента, эта история закончиться не могла, потому что своей неотложки у МАШ не предусмотрено (это ж не «Шоколадница»), и ни одна душа в «Шереметьево» по сей день не в курсе, на какую подстанцию им положено звонить в подобных случаях (аэропорт, меж тем, обслуживает пассажиропоток свыше 29 млн человек в год).

Но пресс-служба аэропорта ничего об этом всём не слышала. Связаться с семьёй умершего Чечикова у пресс-службы нет никакой возможности уже 20 дней. Все силы отданы доказательству вины испанского пилота. Так победим.