dolboed | Хуесос Лимонов и его чувство эстетической брезгливости

С подачи издателя и друга Михаила Котомина прочитал роман Эдуарда Лимонова «В Сырах».
Читается этот текст легко и с удовольствием, благо не слишком длинный.
О ста девяти рублях, отданных ЛитРесу за это удовольствие, не жалею ни разу.
Кто купит бумажную версию — тоже, полагаю, не пожалеет.

Основная драма лирического героя, увы, описывается одной фразой: хуесосу хочется сойти за доктора Фауста, но одного пожилого возраста для этого недостаточно.
Эдуард Лимонов между минетами

Автор очень отчётливо понимает, что вся его бурная творческая и политическая судьба в полной мере описывается словом хуесос, и его это страшно беспокоит. Поэтому он пытается впечатлить читателя двумя вещами: сексуальным успехом у малолеток и обилием круглосуточных телохранителей-слуг-шофёров, без которых ему, в интересах партии, «запрещено» выходить даже на лестничную клетку. На кой хер те самые телохранители автору понадобились, и кто оплачивает их услуги, в повествовании не сообщается. Там нет ни одной сцены нападения, покушения, провокации, от которой охрана могла бы лирического героя спасти и уберечь. Так что основное назначение этой охраны (без которой лирический герой не может даже, хлопнув дверью, выйти из квартиры после разрыва с очередной любовницей или женой) — подтверждать его высокий статус охраняемого лица. Эта неизвестно кем проплаченная охраняемость — единственное доказательство состоятельности и значимости автора. Единственное свидетельство, что он не тот хуесос, каким он остался в памяти читателей своего opus magnum, а серьёзный российский политический деятель. Раз есть охрана — значит, уже не хуесос. Жрица, Постум, и общается с богами.

К сожалению, всё остальное повествование противоречит этому тезису. Охрана-то есть, круглосуточная и посменная, даже в новогоднюю ночь не знающая сна, но лирический герой её нисколько не стесняется, и в её присутствии ведёт себя как полнейший хуесос. Которому тайный спонсор оплатил машины, бензин и охрану — но какими услугами лирический герой отплачивал за эту щедрость, в книге не сказано. Впрочем, если кому-то в самом деле интересно, как и у кого лирический герой насосал на гламурный образ жизни в последнюю пару лет, ответ вполне публичен.

Отдельно трогательно в книжке выглядит объяснение, почему её автор и лирический герой когда-то считал зазорным сосать мужской член за деньги:

Тут я противоположен Гёте, я не смирился,я не пошёл на службу к государству. Из чувства эстетической брезгливости, признаюсь. Королю бы, я бы, пожалуй, подумал, служить или не служить. Меня бы, как Гёте, возможно, соблазнил бы Бонапарт. Даже, кто знает, может быть, герцог Саксон-Веймарский. Но скушные тираны моей эпохи?! Немыслимо. Эстетически невозможно для меня работать с мелкими офицериками и адвокатишками моей эпохи. Это значит отказаться добровольно от своего величия. А для них немыслимо работать со мной.

Быть неталантливыми, банальными пучеглазыми тиранами, а именно такие сейчас у власти в моей стране, – это преступление против России. Неталантливый президент обрекает на скуку и тоску сто сорок миллионов людей.

Видимо, в какой-то момент кончились деньги на содержание автопарка и дивизиона охраны, так что чувство эстетической брезгливости пришлось засунуть себе туда, где раньше бывал только член негра.

Что поделаешь, стиль жизни охраняемого лица требует жертв.