![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
dolboedСтала известна цена, заплаченная российскими властями за освобождение двух лётчиков, осуждённых в Таджикистане по сфабрикованному делу.
Весь смысл взятия наших пилотов в заложники для таджикской стороны состоял в том, чтобы добиться освобождения из российской тюрьмы одного из главных тамошних «мажоров» — Рустама Хукумова. 24-летний сын главы Таджикской железной дороги Амонулло Хукумова был арестован в России в 2008 году и осуждён на 9 лет и 6 месяцев лишения свободы за создание преступного сообщества, доставлявшего в Россию таджикский героин. Нетрудно догадаться, что каналом доставки служила та самая железная дорога, которой в Таджикистане заведует Хукумов-старший.
Что российских лётчиков взяли в заложники исключительно с целью последующего обмена на крупного таджикского наркоторговца, много говорилось в некремлёвских СМИ после их осуждения. Но наши лживые и трусливые власти, и в Кремле, и в МИДе, беззастенчиво врали, что ни о какой сделке по обмену заложников на осуждённого наркобарона речи быть не может. Ответной мерой на действия таджикских властей объявлялась депортация нескольких десятков гастарбайтеров с российских строек — в Душанбе выслали совершенно случайных людей, не имевших ни малейшего отношения ни к наркомафии, ни к аресту пилотов в Таджикистане. Их высылка была абсолютно бессмысленна с точки зрения борьбы за освобождение лётчиков. Её единственная цель состояла в том, чтобы засрать мозги российской публике и отвлечь внимание от тех действий, которые на самом деле предпринимались Кремлём и МИДом по договорённости с верхушкой правящей в Таджикистане наркомафии.
Действия эти были совершенно предсказуемы и позорны. Хукумова-младшего тупо выпустили из тюрьмы и отправили на родину. Задним числом 28 декабря 2011 года Московский облсуд на секретном заседании отменил приговор, по которому Хукумов успел отсидеть уже больше трёх лет в российской тюрьме, из-за «недоказанности вины». Вероятно, к тому времени сам осуждённый давно уже трескался героином в тёплом кругу семьи (логика сделки по обмену заложниками предполагает, что его отправили в Таджикистан одновременно с переправкой лётчиков в Россию — то есть за месяц с лишним до секретной отмены приговора).
Во избежание недоразумений, поясню. В принципе, я ничего не имею против сделок, в результате которых граждане, попавшие в руки жестокого и коварного врага, живыми и невредимыми возвращаются из вражеского плена. Понятно, что в ходе таких сделок неизбежны те или иные уступки/платежи террористам (или, в нашем случае, международной наркомафии). У всех свежа в памяти формула обмена Гилада Шалита на 1027 палестинских террористов. Вместе с примерно 80% граждан Израиля, я одобряю этот обмен — ввиду исчерпания всех иных способов освобождения пленного капрала. Не нравится мне совершенно другое.
О формуле обмена Гилада Шалита все израильтяне были уведомлены заранее, в мельчайших подробностях. Противники сделки (в первую очередь — родственники израильтян, убитых освобождаемыми палестинскими боевиками) имели возможность опротестовать её в высших судебных инстанциях страны, и воспользовались такой возможностью. Ни Биньямину Нетаниягу, ни руководству израильской армии и спецслужб, не пришло в голову по договорённости с ХАМАСом врать собственному населению, что Гилад Шалит был освобождён в ходе блистательной операции коммандос на вражеской территории, или благодаря успеху жёстких мер правительства Израиля по дальнейшей блокаде Газы. В условиях реальной политической конкуренции власть просто не может позволить себе вступать в сговор с врагом по обману собственного населения. Потому что такой сговор будет мгновенно разоблачён оппозицией, сторонники которой есть и в силовых структурах, и в руководстве государственных ведомств.
В отсутствие политической конкуренции образ мышления властей — прямо противоположный. Вопрос «Что будем делать?» вообще не стоит на повестке: поскольку на дворе выборы, совершенно понятно, что пилотов необходимо выкупить из плена в сроки, максимально приближенные к 4 декабря. Единственный вопрос, над которым Старой площади пришлось всерьёз задуматься, был другой: что станем врать нашему быдлу? Ответ все мы видели собственными глазами. Быдлу наврали про высылку нелегалов, про невозможность переговоров с наркомафией, про успехи российских дипломатов и т.п. При этом совершенно понятно было, что тайное заседание Мособлсуда, отменившее приговор Хукумову, рано или поздно выплывет наружу. Но это в цивилизованном демократическом обществе политикам знакомо такое понятие как страх разоблачения. У наших монополистов такого страха нет. Они понимают, что память у быдла короткая, и к тому моменту, как сведения о почётных проводах Хукумова в Душанбе утекут в открытый доступ, все давно уже забудут имена Садовничего, Руденко, и название Rolkan Investments.
В этом и состоит главная проблема с нашей управляемой вертикальной клептократией. Для неё всегда самый первый вопрос — что мы будем врать нашему быдлу? По этому вопросу они готовы совещаться с кем угодно: хоть с таджикским наркокартелем, хоть с эмиром Катара, хоть с объявившим России джихад/газават чеченским муфтием Ахмат-Ходжи Кадыровым. Только с собственным населением путинская власть не готова поговорить начистоту, называя вещи своими именами. Она смертельно боится такого разговора, и любой ценой от него увиливает.
В результате мы не знаем правдивых ответов ни на один вопрос, связанный с действиями властей за последние 12 лет. Будь то отмена выборов губернаторов и одномандатников, отставки Лужкова, Шаймиева и Рахимова, кража 5,4 млрд рублей из налоговых средств, или та цена, по которой «Роснефть» отгружает наши якобы государственные энергоресурсы в частный швейцарский офшор по имени Gunvor. Мы знаем, что власть нам про всё это врёт. И нам надоело это враньё. Но в чём состояла правда — мы узнаем не раньше, чем эта самая власть переменится, и её противники обнародуют ныне засекреченные документы.
Именно это понимание — что от нынешней власти невозможно узнать правду о положении дел в стране — и привело 100.000 человек в декабре на проспект Сахарова. И страшно ошибаются те ебанороссы, которые думают, что протест против этого напёрсточного лохотрона в масштабах страны куда-нибудь сам собой рассосётся. Мы живём в информационную эпоху. В эту эпоху всем осмысленным гражданам и налогоплательщикам свойственно желание знать, что происходит. Если наша власть готова сговариваться с любым таджикским наркокартелем, лишь бы лишить нас этого знания — то место такой власти в Душанбе, на худой конец — в Ашхабаде. В России с её 53-миллионной армией интернет-пользователей напёрсточникам ловить нечего. Их время прошло, их дни сочтены.
А масштабы последней кампании против Навального (которую идиот Володин не сообразил отодвинуть на после 13 января, чтобы не так выпирало освоение бюджетов в сезон отпусков) свидетельствуют ровно об одном: они и сами это уже поняли. И самой большой угрозой для себя считают не «вашингтонский обком» (в существование которого даже Сурков не верил), а сограждан, задающих небыдлячьи вопросы. Таких сограждан велено мочить всеми калибрами — от взлома почтовых ящиков до возбуждения уголовных дел. Но нужно бытьидиотомВолодиным, чтобы не понимать, чем обернётся говнометателям Третий закон Ньютона.
В своём же говне и потонете, жулики. Думайте два раза, воры.
Весь смысл взятия наших пилотов в заложники для таджикской стороны состоял в том, чтобы добиться освобождения из российской тюрьмы одного из главных тамошних «мажоров» — Рустама Хукумова. 24-летний сын главы Таджикской железной дороги Амонулло Хукумова был арестован в России в 2008 году и осуждён на 9 лет и 6 месяцев лишения свободы за создание преступного сообщества, доставлявшего в Россию таджикский героин. Нетрудно догадаться, что каналом доставки служила та самая железная дорога, которой в Таджикистане заведует Хукумов-старший.
Что российских лётчиков взяли в заложники исключительно с целью последующего обмена на крупного таджикского наркоторговца, много говорилось в некремлёвских СМИ после их осуждения. Но наши лживые и трусливые власти, и в Кремле, и в МИДе, беззастенчиво врали, что ни о какой сделке по обмену заложников на осуждённого наркобарона речи быть не может. Ответной мерой на действия таджикских властей объявлялась депортация нескольких десятков гастарбайтеров с российских строек — в Душанбе выслали совершенно случайных людей, не имевших ни малейшего отношения ни к наркомафии, ни к аресту пилотов в Таджикистане. Их высылка была абсолютно бессмысленна с точки зрения борьбы за освобождение лётчиков. Её единственная цель состояла в том, чтобы засрать мозги российской публике и отвлечь внимание от тех действий, которые на самом деле предпринимались Кремлём и МИДом по договорённости с верхушкой правящей в Таджикистане наркомафии.
Действия эти были совершенно предсказуемы и позорны. Хукумова-младшего тупо выпустили из тюрьмы и отправили на родину. Задним числом 28 декабря 2011 года Московский облсуд на секретном заседании отменил приговор, по которому Хукумов успел отсидеть уже больше трёх лет в российской тюрьме, из-за «недоказанности вины». Вероятно, к тому времени сам осуждённый давно уже трескался героином в тёплом кругу семьи (логика сделки по обмену заложниками предполагает, что его отправили в Таджикистан одновременно с переправкой лётчиков в Россию — то есть за месяц с лишним до секретной отмены приговора).
Во избежание недоразумений, поясню. В принципе, я ничего не имею против сделок, в результате которых граждане, попавшие в руки жестокого и коварного врага, живыми и невредимыми возвращаются из вражеского плена. Понятно, что в ходе таких сделок неизбежны те или иные уступки/платежи террористам (или, в нашем случае, международной наркомафии). У всех свежа в памяти формула обмена Гилада Шалита на 1027 палестинских террористов. Вместе с примерно 80% граждан Израиля, я одобряю этот обмен — ввиду исчерпания всех иных способов освобождения пленного капрала. Не нравится мне совершенно другое.
О формуле обмена Гилада Шалита все израильтяне были уведомлены заранее, в мельчайших подробностях. Противники сделки (в первую очередь — родственники израильтян, убитых освобождаемыми палестинскими боевиками) имели возможность опротестовать её в высших судебных инстанциях страны, и воспользовались такой возможностью. Ни Биньямину Нетаниягу, ни руководству израильской армии и спецслужб, не пришло в голову по договорённости с ХАМАСом врать собственному населению, что Гилад Шалит был освобождён в ходе блистательной операции коммандос на вражеской территории, или благодаря успеху жёстких мер правительства Израиля по дальнейшей блокаде Газы. В условиях реальной политической конкуренции власть просто не может позволить себе вступать в сговор с врагом по обману собственного населения. Потому что такой сговор будет мгновенно разоблачён оппозицией, сторонники которой есть и в силовых структурах, и в руководстве государственных ведомств.
В отсутствие политической конкуренции образ мышления властей — прямо противоположный. Вопрос «Что будем делать?» вообще не стоит на повестке: поскольку на дворе выборы, совершенно понятно, что пилотов необходимо выкупить из плена в сроки, максимально приближенные к 4 декабря. Единственный вопрос, над которым Старой площади пришлось всерьёз задуматься, был другой: что станем врать нашему быдлу? Ответ все мы видели собственными глазами. Быдлу наврали про высылку нелегалов, про невозможность переговоров с наркомафией, про успехи российских дипломатов и т.п. При этом совершенно понятно было, что тайное заседание Мособлсуда, отменившее приговор Хукумову, рано или поздно выплывет наружу. Но это в цивилизованном демократическом обществе политикам знакомо такое понятие как страх разоблачения. У наших монополистов такого страха нет. Они понимают, что память у быдла короткая, и к тому моменту, как сведения о почётных проводах Хукумова в Душанбе утекут в открытый доступ, все давно уже забудут имена Садовничего, Руденко, и название Rolkan Investments.
В этом и состоит главная проблема с нашей управляемой вертикальной клептократией. Для неё всегда самый первый вопрос — что мы будем врать нашему быдлу? По этому вопросу они готовы совещаться с кем угодно: хоть с таджикским наркокартелем, хоть с эмиром Катара, хоть с объявившим России джихад/газават чеченским муфтием Ахмат-Ходжи Кадыровым. Только с собственным населением путинская власть не готова поговорить начистоту, называя вещи своими именами. Она смертельно боится такого разговора, и любой ценой от него увиливает.
В результате мы не знаем правдивых ответов ни на один вопрос, связанный с действиями властей за последние 12 лет. Будь то отмена выборов губернаторов и одномандатников, отставки Лужкова, Шаймиева и Рахимова, кража 5,4 млрд рублей из налоговых средств, или та цена, по которой «Роснефть» отгружает наши якобы государственные энергоресурсы в частный швейцарский офшор по имени Gunvor. Мы знаем, что власть нам про всё это врёт. И нам надоело это враньё. Но в чём состояла правда — мы узнаем не раньше, чем эта самая власть переменится, и её противники обнародуют ныне засекреченные документы.
Именно это понимание — что от нынешней власти невозможно узнать правду о положении дел в стране — и привело 100.000 человек в декабре на проспект Сахарова. И страшно ошибаются те ебанороссы, которые думают, что протест против этого напёрсточного лохотрона в масштабах страны куда-нибудь сам собой рассосётся. Мы живём в информационную эпоху. В эту эпоху всем осмысленным гражданам и налогоплательщикам свойственно желание знать, что происходит. Если наша власть готова сговариваться с любым таджикским наркокартелем, лишь бы лишить нас этого знания — то место такой власти в Душанбе, на худой конец — в Ашхабаде. В России с её 53-миллионной армией интернет-пользователей напёрсточникам ловить нечего. Их время прошло, их дни сочтены.
А масштабы последней кампании против Навального (которую идиот Володин не сообразил отодвинуть на после 13 января, чтобы не так выпирало освоение бюджетов в сезон отпусков) свидетельствуют ровно об одном: они и сами это уже поняли. И самой большой угрозой для себя считают не «вашингтонский обком» (в существование которого даже Сурков не верил), а сограждан, задающих небыдлячьи вопросы. Таких сограждан велено мочить всеми калибрами — от взлома почтовых ящиков до возбуждения уголовных дел. Но нужно быть
В своём же говне и потонете, жулики. Думайте два раза, воры.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2012-01-08 06:35 am (UTC)Или что, если банки "торгуют воздухом", беря за границей бабло в кредит под 3%, а хомячкам впеперивая под 10%, имея себе 7% гешефта из воздуха, в этом тоже виновать Путин?
Это - проблемы банков, и не более того.
А человечек вверху говорил, что полмилиарда - это гос.долг.
Потому и было указано ему на его пиздёжь.
no subject
Date: 2012-01-08 06:57 am (UTC)no subject
Date: 2012-01-08 07:08 am (UTC)ОтГуглись, откуда деньги на это вытаскивали, и что из этого вышло. Наколка: лежали деньги одного фонда в одном банке США. Их вытащили - банк наебнулся - поволок за собой ипотеку.
2. Никто просто так эти деньги предприятиям не раздавал. Вспоминай, как Путин "ручку вернуть" после подписи потребовал.
Сейчас все предприятия, куда деньги давались, все под 51% владения государства...
no subject
Date: 2012-01-08 12:18 pm (UTC)2. Мне по памяти вспоминаются 2 предприятия: Автоваз и Русал. Не помню что б они деньги вернули. Хотя Русалу через ИПО помогали.
no subject
Date: 2012-01-08 11:57 am (UTC)А банки-то все сплошь с госучастием - Сбербанк, ВТБ, Внешторгбанк и так далее. Да и "частными" компаниями на поверку оказываются все те же госкорпорации - Газпром, Роснефть, Транснефть.
no subject
Date: 2012-01-08 12:40 pm (UTC)no subject
Date: 2012-01-09 05:26 am (UTC)-- это не имеет большой разницы, государство будет платить долг своими налогами или российские физлица своими, гм, частными сбережениями. Это не проблемы российских банков -- это проблемы их российских клиентов. Именно потому, что российские банки 1) в долгах у западных и 2) хотят при этом еще выйти в прибыль -- россияне платят самый драконовский в европе процент по кредиту.
по ЛЮБОМУ кредиту.
россияне, не ямайцы.
.. а других банков у вас нет.