Об отложенных постах

Какая всё-таки удивительная и сюрреалистическая штука — отложенный пост в ЖЖ. Квасили мы, например, с sergeydolya вчера в Omega House, что на Греческой улице в лондонском Сохо, до четырёх часов утра по Москве. Потом отправились в Боско-клуб, и там ещё некоторое время культурно отдыхали, в помещении Institute of Contemporary Arts. А утром просыпаюсь, и вижу в его ЖЖ пейзажи заснеженной Чукотки. Выложенные как бы в 9 утра по Москве, что соответствует 6 утра по Гринвичу.

Ещё, помнится, tema летом 2008 года угодил в Градскую больницу, и его там оперировали. Пресса даже сочинила какую-то готическую историю со стрельбой. Но это уже задним числом. А за всё то время, которое Артемий Андреевич провёл под наркозом на операционном столе и без связи с внешним миром в реанимации, никто в ЖЖ его отсутствия не заметил, потому что отложенные посты с субботними сиськами продолжали регулярно выходить.

Если вдуматься, рано или поздно эволюция блоггерского ремесла приведёт к тому, что блоггер сможет спокойно умереть или уйти в монастырь, а посты в его уютненькой продолжат выходить, как ни в чём не бывало. И отряд не заметит потери бойца. Кому-то это может показаться ужасной перспективой, а мне, наоборот, представляется, что умереть-то мы всяко успеем, а вот продлить земную жизнь за её физический предел — интересная возможность.

50 оттенков говна

Если в лондонском метро или пригородной электричке видишь человека, читающего книгу, то ошибиться невозможно, потому что книгу тут читают ровно одну.

Она называется Fifty Shades of Grey, и является, возможно, самым наглядным свидетельством деградации читательских вкусов в цифровую эпоху. В основе трилогии про роковую BDSM-связь между студенткой и миллиардером — фанфик к известной саге «Сумерки», которая уже сама по себе говнище. Но фанатка сумерек далеко превзошла свою учительницу — и по пошлятине, и по тиражам. На биллбордах, которыми увешаны железнодорожные платформы в спальных районах Лондона, сообщается, что продано уже 30 миллионов экземпляров. Причём, судя по количеству тех самых экземпляров на руках у пассажиров, верится в это легко.

Было бы странно, если б всеядная российская издательская индустрия прошла мимо заморской клубнички. Она и не прошла. К осени российские домохозяйки обоего пола смогут зачитываться переводной версией шедевра, по сравнению с которым Дарья Донцова — тонкий образец интеллектуальной прозы. Не говоря уже об Оксане Робски, чей сюжет из романа «Про Любoff/on» служит британскому трэшу завязкой на первые 500 страниц.