In hoc signo vinces
Mar. 31st, 2010 09:25 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
dolboedМедвед решил побороться с терроризмом.
Учитывая background нашего правоведа, не приходится удивляться, что все контрмеры ему приходят в голову не практического (сканнеры, камеры, ищейки, инструктаж населения, международное сотрудничество), а исключительно легалистического толка. Надо, оказывается, пересмотреть применимые к террористам статьи уголовного законодательства, и нехорошие шахиды сразу испугаются.
«Есть резон еще раз вернуться к проблематике отправления правосудия по террористическим статьям, по статьям «терроризм» и примыкающим преступлениям и поговорить о совершенствовании такого рода практики», — заявил глава государства.
Интересно, как можно так усовершенствовать практику правоприменения по террористическим статьям, чтобы воздать, наконец, по заслугам тем двум террористкам-смертницам, чьи части тела будто бы нашли в понедельник в московском метро? Как сделать более эффективными меры пенитенциарного воздействия на двух шахидок, взорвавших себя на борту самолётов 24 августа 2004 года? Как нужно для этого поправить статьи УК и УПК? Может, дополнить их загробными карами?
Интересно было бы также услышать, помогло ли уничтожение норд-остовских смертниц (которых в бессознательном состоянии убивали выстрелом в висок) получить сведения об их сообщниках, заказчиках, источниках финансирования, или обстоятельствах подготовки теракта. Содействовала ли применённая к их командиру Мовсару Бараеву "усовершенствованная практика" (выстрел в висок и бутылка коньяка в левую руку трупа) предотвращению взрыва на «Рижской», двойного подрыва самолётов из Домодедова и захвата школы в Беслане?
Наконец, интересно знать, как могли бы правки в УК РФ изменить судьбу Ачемеза Шагабановича Гочияева, обвиняемого в том, что именно он организовал в сентябре 1999 года взрывы на Каширке и Печатниках. Двое его подельников по действующему УК получили пожизненное. Без выхода России из моратория на смертную казнь ни о каком ужесточении их наказания говорить не приходится. Допустим, Медведев до этого дозрел. И Крымшамхалова с Деккушевым, пересудив с участием присяжных, убьют в тюрьме по закону, а не по понятиям, как полевых командиров Радуева с Атгериевым или адвоката Сергея Магнитского. Но как эта перемена участи рядовых исполнителей отразится на участи главного обвиняемого во взрывах домов, если он за прошедшие 10,5 лет нигде российскому правосудию не встречался?!
Учитывая background нашего правоведа, не приходится удивляться, что все контрмеры ему приходят в голову не практического (сканнеры, камеры, ищейки, инструктаж населения, международное сотрудничество), а исключительно легалистического толка. Надо, оказывается, пересмотреть применимые к террористам статьи уголовного законодательства, и нехорошие шахиды сразу испугаются.
«Есть резон еще раз вернуться к проблематике отправления правосудия по террористическим статьям, по статьям «терроризм» и примыкающим преступлениям и поговорить о совершенствовании такого рода практики», — заявил глава государства.
Интересно, как можно так усовершенствовать практику правоприменения по террористическим статьям, чтобы воздать, наконец, по заслугам тем двум террористкам-смертницам, чьи части тела будто бы нашли в понедельник в московском метро? Как сделать более эффективными меры пенитенциарного воздействия на двух шахидок, взорвавших себя на борту самолётов 24 августа 2004 года? Как нужно для этого поправить статьи УК и УПК? Может, дополнить их загробными карами?
Интересно было бы также услышать, помогло ли уничтожение норд-остовских смертниц (которых в бессознательном состоянии убивали выстрелом в висок) получить сведения об их сообщниках, заказчиках, источниках финансирования, или обстоятельствах подготовки теракта. Содействовала ли применённая к их командиру Мовсару Бараеву "усовершенствованная практика" (выстрел в висок и бутылка коньяка в левую руку трупа) предотвращению взрыва на «Рижской», двойного подрыва самолётов из Домодедова и захвата школы в Беслане?
Наконец, интересно знать, как могли бы правки в УК РФ изменить судьбу Ачемеза Шагабановича Гочияева, обвиняемого в том, что именно он организовал в сентябре 1999 года взрывы на Каширке и Печатниках. Двое его подельников по действующему УК получили пожизненное. Без выхода России из моратория на смертную казнь ни о каком ужесточении их наказания говорить не приходится. Допустим, Медведев до этого дозрел. И Крымшамхалова с Деккушевым, пересудив с участием присяжных, убьют в тюрьме по закону, а не по понятиям, как полевых командиров Радуева с Атгериевым или адвоката Сергея Магнитского. Но как эта перемена участи рядовых исполнителей отразится на участи главного обвиняемого во взрывах домов, если он за прошедшие 10,5 лет нигде российскому правосудию не встречался?!
